Белая кровь

— Хороший подход к проблеме. Что ж, Блеир, запоминайте.

Рассказывал Тристил замечательно. Ничуть не хуже профессора Ивенсона. Но если тот, в силу своей специальности, употреблял слишком много непонятных терминов, Карстен старался «упрощать» информацию, подстраиваясь под уровень знаний Одры.

Так что рассказ о согласных, которые не могли быть мягкими, но оказывались в положении перед гласными переднего ряда или перед согласным «й», получился вполне понятным. Одра успела и упражнение сделать, и несколько уточнений записать в тетрадь с лекциями.

Кофе помог взбодриться, а компания настраивала на позитивный лад — в одиночестве Блеир хотелось волком выть.

— Так… — Карстен быстро просмотрел получившиеся ответы, — поправьте последний пример. Там должно быть слово «речеть».

Одра кивнула и послушно вывела стилусом несколько закорючек.

— А вы ко всем студентам обращаетесь на «вы»? — с любопытством поинтересовалась она, надеясь вопросом выбить небольшую передышку.

— Естественно. Это позволяет сразу установить необходимую дистанцию и настроить студента на работу.

Я считаю непедагогичным устанавливать с подопечными панибратские отношения.

— Как, например, делает Лад? — уточнила Одра.

— Все верно.

— А если я попрошу вас обращаться ко мне на «ты»? — попыталась подначить профессора девушка.

— Попробуйте, — от вкрадчивого мягкого тона стало как-то не по себе. В темных глазах Карстена мелькнули отсветы настольных ламп, сильнее выделив насмешливый прищур мужчины и его резкую красоту.

— Эм… пожалуйста?

— Слабо и неубедительно, Блеир, — непреклонно сообщил он.

— Переходим ко второй палатализации или на сегодня с вас хватит?

Одра поразилась:

— А что, вы согласны со мной и дальше заниматься?

— И даже приносить кофе с молоком, — серьезно кивнул лорд Тристил, закрывая учебник и пододвигая ближе к девушке.

— Латте? — может, она уснула на столе и теперь не может отделить сон от яви?

— Латте, — согласился мужчина. — Доброй ночи, Блеир.

***

Прошлое…

Следующего убийства пришлось ждать два года.

Точнее, Арролин уже и не ждал.

Как рассказал его давний друг — младший следователь Торгейр, дело за давностью уже упокоилось в архиве, улик не было, только примерное описание убийцы, сделанное штатным танатологом. Данных, которые Шаред смог получить, проанализировав смерть леди Билбери и технического рабочего, также было немного. И катастрофически не хватало, чтобы хоть как-то продолжить свою работу. Взятые из инквизиции образцы так и пылились на полке.