Белая кровь

Поэтому сейчас Блеир чахла над спряжениями Рейвеля, пытаясь как-то впихнуть в голову двести шестнадцать исключений, а Тео, легко меняя почерк, быстро составлял два конспекта по магической культурологии. При более чем прилежном отношении к процессу обучения, Теодор считал этот предмет необязательным и отнимающим время, которое можно было потратить с больше пользой. А потому легко согласился сделать задание и за Одру, чтобы у той было возможности подтянуть ужасно провисающий язык Рейвеля.

Когда они, наконец, выбрались из спортзала, уже давно наступила ночь и темнеющую громаду парка освещали редкие блуждающие огоньки.

Впрочем, МПГУ спать пока не собирался. На лавочках у корпусов сидели компании. Кто-то также занимался заданиями, кто-то смеялся; совсем близко раздавалось жалобное и неумелое тренькание на гитаре.

Но все-таки потихоньку студенты расползались по домам.

— Пойдем, провожу тебя, — неожиданно сообщил Тео, хотя парой мгновений назад уже собирался свернуть на развилке в сторону главных ворот.

Тень у его ног сгустилась, став черной и почти осязаемой.

— Думаешь, на меня нападет большой и страшный монстр? — провокационно улыбнулась Одра. Она была совершенно не против еще немного потрепаться на отвлеченные темы. Тем более, что Тео за эти недели не так уж часто рассказывал о себе и информацию о друге приходилось вытаскивать разве что не клещами.

— Просто хочется пройтись, — невнятно ответил Кестер, сам не понимая причину своего порыва. И почему-то вместо тропинки к общежитию свернул в сторону.

— А дороги до дома тебе, думаешь, будет мало?

Девушка покрутила головой по сторонам, пытаясь понять, куда демоны понесли Кестера, и глянула в сторону друга.

— Ты забыл что-то в главном корпусе?

Однако мимо него Тео прошел, будто бы не заметив, нацелившись на вотчину алхимиков, и направился к небольшой площадке с уже неработающим фонтаном. Ничего не понимающая Одра поспешила за ним, едва не врезавшись в спину друга, когда Теодор резко замер.

Выглянув из-за широких плеч Кестера, девушка отшатнулась.

Перед ними лежало неестественно выгнутое тело, на рубашке блестел значок третьего курса факультета алхимии. Округлое лицо, искривленное болью и страхом, выделялось в сумерках парка белым пятном. Тео наклонился над девушкой, коснувшись шеи. Проверял, можно ли еще спасти? Преодолевая страх, Одра тоже приблизилась и, не сдержавшись, выругалась.

— Нели! Всеединый! Тео, что там, пульс есть?!

Вопросы, кажется, были лишние.