Ганс Фриц Михельманс: Закрытый Мир

– Возможно ли такое, Софраниск?

- А чего ты меня об этом спрашиваешь? Я что, по-твоему, похож на груду оживших костей? Единороги такой фигней не страдают.

- Попытка – не пытка, - вздохнул крестьянин, про себя же подумал: «Как интересно получается. Большинство из тех, кто был в Баливесте[1] - теперь в Закрытом Мире. Совпадение ли это? И какова вероятность, что я встречу еще кого-нибудь?» – Ганс задумчиво пожевал свою губу, посмотрев на Стивена, что сейчас активно пытался приобщить остальных к вере в славную (наверное) и великолепную (может быть) смерть.

- Скажи-ка, Стивен, а сюда попали вместе с тобой все твои парни или только некоторая их часть?

- Все, Ганс.

- Что ж, тогда как на счет того, - крестьянин хитро улыбнулся, – чтобы заключить сделку.

Шейла, Альфред, Аре, Софраниск и Виолетта пристально посмотрели на него.

- Я хочу сказать, - начал юноша, – нам понадобиться небольшая армия в нашем деле. Давайте поступим так: мы поможем вам расправится с местными церковниками, а вы – поможете нам оприходовать одну фабрику по производству кровавых кристаллов.

Что скажешь?

- А на этой фабрике можно будет кого-нибудь?..

- Убить? – закончил Ганс.

- Ну, не совсем убить… - сказал Стивен, будучи очевидно под влиянием Хаоса, ведь в противном случае он ответил бы: да. – Скажем «потрогать».

- Конечно! - кивнул крестьянин.

- Тогда заметано, - скелет пожал Гансу руку. – Пойдемте, смерть не ждет.

*******************************************************************

Темень была вырвиглазная.

Сквозь толстый слой черно-серых туч не было видно ни проблеска света. Луна пряталась за этим слоем, словно за толстым ковром искрящегося обсидианового бархата, и лишь то, что на дворе стояла ночь, напоминало о ее присутствии над Закрытым Миром.

С запада дул легкий ветерок. Тишина звенела в ушах церковника Бэррита, как если бы ходила меж деревьями с колокольчиком. Он сторожил южный проход к храму – тот проход, который проходил между скал и практически подле крутого обрыва, заглянув в который начинала кружиться голова.

Это был скучный дозор, ведь вряд ли кому-либо взбредет в голову переться именно этой дорогой, чтобы попытаться попасть в храмовый двор, так как любое неосторожное движение, шорох или порыв ветра – и ты труп. Летишь вниз кубарем, с хрустом разбиваясь о невидимое дно, превращаясь в кровавое месиво в одно мгновение.

Бэррит улыбнулся: да, именно поэтому он и выбрал «охранять» именно это место.