Ганс Фриц Михельманс: Закрытый Мир

– Может еще скажешь, что он медитирует?

- Могу с уверенностью специалиста сказать, что он мертв, - заметил Стивен, выступая вперед. – Только я не могу понять, как его убили.

И правда, на неподвижном теле не было ни царапинки.

- Может, он просто притворяется? – донесся из-за угла голос Егеря.

- Если только слабоумным, - продолжала настаивать на своем Виолетта.

Тем временем внутрь комнаты так никто и не зашел. Все предохранялись. Понимая всю патовость ситуации, Ганс Фриц Михельманс героически решил войти в помещение первым, предварительно помолившись всем известным ему богам: вдох – выдох.

Парень осторожно сделал шаг вперед и осмотрелся – никаких признаков скрытых механизмов по метанию отравленных дротиков им не было замечено. Следы борьбы в таком хаосе тяжело разглядеть, также как и явные увечья или порезы на теле их не долгоиграющего сыщика.

«Как же его убили? – подумал юноша. – А в этом нет никак сомнений, что он мертв. Не прячется ли здесь где-то в шкафу Медуза Горгона? Однако, он ведь не каменный.

.. Он просто…» - и тут Ганса осенило, ведь если нет наружных признаков каких-либо увечий – то значит должны быть внутренние! Гениально!

Крестьянин сделал осторожный шаг вперед по направлению к трупу.

- Ты уверен, что ты хочешь это делать? – переспросил его Аре. – Я бы в жизни к нему не прикоснулся, а вдруг он чем-то отравлен.

Удивительно, но Ганс тоже подумал об отправлении, но немного не в том смысле. Крестьянин осторожно подступил к бывшему Продохе Пелодроту, наклонился к его голове, приоткрыл его рот и на изумление всех присутствующих выудил из него большую, завернутую в красный фантик шоколадную конфету.

Сыщик был задушен.

Задушен сладостями.

[1] А мы в который раз напомним, что так назывался мир, где происходили события первой книги, ведь это название так редко всплывает во время повествования, что я лично и сам порой забываю, что это вообще такое за необычное и удивительное слово.

Глава 7

Друзья сидели за общим столиком на первом этаже «Немного-немало…» и громко втягивали носом воздух.

Громче всех втягивал воздух Софраниск, ведь его ноздри, очевидно, были куда больше человеческих, но не об этом сейчас.

- И что же нам теперь делать? – нервно подал голос Альфред. – Как понять, где находиться фабрика, если единственного нашего осведомителя насильно накормили сладкими конфетами?

Ганс ничего не ответил. Он думал.

- А вот мне интересно, кто именно его этими конфетами накормил, - сказала Виолетта.