Верховные

Виктория прислушалась к себе. Дивное умиротворение царило не только в ее душе, но и теле. Она перевела взгляд на Алистрата. Мужчина был хмур и задумчив. Черный маг ничего не получил, даже физического удовольствия. Это было заметно по его лицу. Он все отдавал, но ничего не брал. Виктория припомнила их соитие, длившееся от силы минуту до ее первого и единственного удовлетворения. Потом он резко прекратил и успокоился, хотя в его взгляде явственно читалось желание. Очень большое самообладание. Путница даже позавидовала. Живя среди белых, она привыкла за добро платить добром, даже если оно было сделано безвозмездно.

Озорная мысль посетила ее головку. Женщина приподнялась на локтях и, улыбаясь, чмокнула своего спасителя. Алистрат посмотрел на Викторию, как на вконец больную.

- Ты не наелась что ли еще?

- О чем думаешь?

- Ты не ответила на вопрос.

- Наелась. Благодарю, было очень вкусно.

- Тогда ЧТО тебе от меня надо?

- Внимание.

- Не ко мне. К своему мужу обращайся. Этот повернутый за тебя удавиться готов. Давно подозревал, что он не излечим, но, чтобы настолько…

Женщина насупилась.

- Я твоего внимания хочу!

- Больно многого хочешь. Хотя… допустим, я обратил на тебя внимание, что дальше?

- Поцелуешь?

- Дверной косяк? Да с радостью!

Виктория стукнула кулачком о грудь мужчины и засмеялась. Темный, он темным и останется, чтобы ты с ним не делал.

- Али, ты меня любишь?

Мужчина в ужасе взглянул на путницу. На его лице проступил гнев.

- Не смей со мной фамильярничать!!! Никогда! Ты мне никто, никем и останешься.

Я, кажется, случайно стукнул тебя о деревянные перекладины кровати, или я, наверное, уши компотом мою, но ты сейчас серьезно сказала «любишь»? Дорогая, открою тебе глаза на мир. Любит тебя твой уже дважды рогатый муж, который женился демон знает на ком, а я так мимо просто проходил!

- Ага, и случайно зашел в мою комнату!

- Именно! А теперь мне пора идти. Лирн там с ума сходит. Я почти уверен, уже напридумывал себе всякого, веревку на шее затягивает.

Алистрат встал и хотел было добраться до одежды, как его тут же схватили и с силой дернули обратно.

Он с мрачной решимостью скинул уже успевшее взгромоздиться на него тело и все же достал одежку.

- Прекращай этот балаган. Не смешно уже.

- Я хочу, чтобы ты остался, - обиженно проговорила Виктория.

Ее образ являл собой вселенское раскаяние, даже глазки были приопущены. Алистрат и мельком не взглянул на нее. Он за свою жизнь повидал и более удачливых актрис.

- А, ты придешь снова?

- Приду.