Грязная магия

- И на первый взгляд как будто не видна, - откуда-то примчался порыв свежего, несколько холодного воздуха, факел воспрянул духом и засветил немножко ярче. Стало видно рябое лицо, украшенное повязкой из плотной ткани, закрывавшей рот и нос.

Обладатель лица споткнулся, и вонючий воздух уважительно колыхнулся, заслышав крепкие, хотя и немного неразборчивые по причине того, что им пришлось протискиваться сквозь тряпку, выражения.

- Так-так, что тут у нас? - Краск Пух, представитель славного цеха ассенизаторов города Ква-Ква, опустил факел.

Судя по всему, об него Краск Пух и споткнулся.

- Вот зараза, - обойдя мертвую животину, ассенизатор вновь замурлыкал любимую песенку.

Краск Пух совершал ежемесячный обход вверенного ему участка подземных стоков. Этим в день Отважного Зайца занимались сотни его соратников по незаметной, но очень важной для города службе.

Исчезни ассенизаторы, Ква-Ква, населенный многими тысячами разумных существ, бытие которых большей частью заключается в производстве мусора, захлебнулся бы в их отходах через несколько дней.

Золотари исполняли в исполинском организме города функцию кишечника и гордились своей работой.

Ну а попасть в их ряды было куда как непросто.

В темноте за спиной Краск Пуха что-то шевельнулось, издалека донесся могучий рокот, словно прочистил грудь великан. По стенам тоннеля пробежала дрожь, нечистоты колыхнулись.

- Что это там? - согласно давней привычке ассенизатор разговаривал сам с собой. Мысли в его голове ворочались с ленцой. Когда имеешь дело с настолько малоподвижной штукой, как отходы, то спешить обычно некуда, вот и сейчас Краск стал неторопливо обдумывать, что могло породить такой звук в подземельях...

Накативший из тьмы вал жидкой грязи подхватил ассенизатора, мгновенно обесценив блестящие теоретические построения, родившиеся в его голове. Там осталась только одна мысль, больше похожая на звучащий под сводами черепа панический вопль - "Прорыв!".

Факел погас. Краска Пуха несло по тоннелю, крутя и вертя, точно веточку в бурном потоке. Единственное, что оставалось ассенизатору - молиться, и он истово шевелил губами, надеясь, что обращение дойдет до Влимпа даже из подземелья, заполненного вонючей грязью.

***

Дворец мэра слегка тряхнуло. Пошатнулась стоявшая в углу кабинета статуя, изображавшая главу города в полный рост.