Барсук

– А когда они подрастут, смогут смотреть фильмы внизу, пока мы общаемся с друзьями в гостиной.

Она сглотнула:

– Ну да.

Одна из пар, тоже пришедших на просмотр, вышла на улицу. Женщина держала руку на набухающем животе. Мужчина указывал на что-то в выданной агентом брошюре. Анника бессознательно скопировала движение женщины и погладила живот под красным пальто. Тело изнывало от нетерпения. Они уже так давно пытаются.

– Одно понятно точно, – сказала Анника, снова посмотрев на Мартина. – Мы не можем заводить детей в квартире.

– Тут мы и троих могли бы завести.

Анника покачала головой и поймала взгляд Мартина.

– Двоих. В каком-нибудь другом доме. Без подвала. Поедем уже, а?

2

Вам кажется, что дома вы в безопасности. Никто не проникнет за вашу закрытую дверь, не обманет работающую сигнализацию. Но я проникаю сквозь пол.

Понедельник 8 ноября

Анника вышла из трамвая на площади Йэрнторгет, пытаясь совладать с ветром и раскрыть зонт. Было утро понедельника, а осень в Гётеборге выдалась особенно пасмурной.

Выход на улицу требовал недюжинной силы воли, и не меньше сил уходило на то, чтобы ровно держать зонт. В конце концов, ей пришлось по пути на работу поддаться порывам ветра, заливавшим ее холодным дождем, пока она маневрировала между лужами.

Проходя мимо кинотеатра «Дракен» и Народного дома, она была под защитой, но как только вышла на парковку перед желтым зданием бывшего склада, где находилось место ее работы, издательство Эклунда, ветер взял свое и взлохматил ей волосы.

Вдали, над зданием склада, возвышался светло-голубой фасад теплоэлектроцентрали «Русенлундсверкет». За пеленой дождя Анника могла разглядеть наверху мигающие красные огни.

Шелест дождя, ударявшегося о мокрый асфальт, соревновался с постоянным гулом автомобилей, въезжавших и выезжавших из тоннеля Йотатуннельн. Белые огни в одну сторону, красные – в другую. В качестве ближайшей альтернативы дневному свету дни располагали лишь серой дымкой в полдень.

Все же, несмотря на осеннюю темноту и усыпляющий стук дождя по подоконнику, каждую ночь Анника пыталась погрузиться в более глубокий, чем беспокойная дрема, сон. Слава богу, холод и кофе давали ей достаточно бодрости, чтобы функционировать.

Анника срезала путь по парковке и дернула за ручку двери, ведущей на лестницу издательства. Как всегда, не заперто. Замок заедало, и дверь частенько оставалась незапертой на ночь, поэтому нередко на лестнице спали бездомные.