Библейские страсти

Итак, слушайте меня: вы — соль! Соль земли...

— Не на-а-до-о-о! — разнёсся над берегом многоголосый вопль. Через секунду к Иисусу протянулось несколько дрожащих рук с тряпицами, полными соли. Учитель запрокинул голову и звонко, по-детски расхохотался. Но тут его взгляд упёрся в белый, одного цвета с солью лик Петра, и смех застрял у него в горле. По мере того, как он переводил глаза от лица к лицу, весёлая улыбка превращалась в гримасу сожаления. Чуть пожав плечами, он с досадой вздохнул и опять принялся за рыбу.

Ученики понемногу оживлялись, самые отважные тоже потянулись за прутьями.

Через полчаса новоокрещенный мыслитель Пётр настолько расхрабрился, что осмелился почтительно спросить Иисуса:

— Учитель, но всё-таки: зачем ты создал столько рыбы, что мы вынуждены были почти всю её бросить на берегу? Я чувствую, что здесь сокрыт высокий смысл, но он от меня ускользает...

Иисус облизал пальцы и проворчал:

— Ну... Подумаешь, увлёкся немного. Ты сам, что ли, никогда не мечтал всласть выговориться?

Пётр уважительно его выслушал, принял позу сосредоточенности и начал обдумывать ответ учителя.

После минуты напряжённых размышлений он тронул Иисуса за рукав:

— Хорошо, но что тогда означает морская рыба? Я следил — она попала в сети раньше других. Правильно ли я понял: из этого следует, что она была первым сотворённым существом?

Учитель выбрал из оставшихся прутик с самыми лакомыми кусками, придирчиво изучил его при свете догорающего костра и неохотно буркнул:

— Нет. Просто я терпеть не могу мелких костей в печёной рыбе.

Каждый из нас немножечко рыба, машинально перефразировал Марк строчку какого-то забытого поэта. И правда, надо быть поосторожнее со словами. Если бы, к примеру, воплотились те, что мы с Мартой использовали во время последней ссоры, наверняка произошёл бы еще один катаклизм. К счастью, нам до Иисуса далековато, улыбнулся юноша, нашей руганью и комара не убить, слово в булыжник не превратится. Так, что там у нас дальше... У-у, какой мокрый!

Из свитка, сделанного в отличие от других из какой-то дубленной кожи, действительно сочилась вода.

Марк аккуратно стряхнул капли и вставил его в читалку.

Кругом вода

— Тэкс, приступим. Где тут рабочие записи?

Господь достал из подпространства старенький, но мощный "ундервуд", заправил в него бесконечный свиток пергамента, извлёк из складок одеяния замызганный клочок с заметками и не спеша развернул его. На клочке изгибались кривые строчки:

ПЛАН ТВОРЕНИЯ

1. Свет (день) и тьма (ночь)

2.