Библейские страсти

Человеческие мозги — это, получается, марсиане?! Такие же, как и в Откровении Уэллса Многослова? И Господь отдал их Дьяволу, потому что они вели себя недостойно? Да ну, не может быть...

Студент помотал головой (как всегда, не слыша беззвучных проклятий на марсианском внутри своего черепа) и потянулся за следующим свитком.

Жить своим умом

Смотровое окошко, висевшее в воздухе, окончательно заволокло пылью.

— Да ты посмотри, что эти паразиты делают! — горестно возопил Господь и в сердцах вырвал из бороды небольшой клок.

Сидящий на кусте Змий проводил взглядом падающие волоски, повернулся к окошку и легонько дунул. Овальный проём тут же очистился, и в нём возник последний на Земле динозавр, за которым с радостным гиканьем неслось целое племя. По всему было видно, что жить гиганту осталось недолго. Змий задумчиво почесал возле глаза кончиком хвоста и заметил:

— А что делать... Кушать-то хочется.

— Я сотворил столько плодовых деревьев, что скоро им уже расти негде будет! Даже твои вредители не справляются! А эти мерзавцы совсем зажрались: фруктами в футбол играют!

Змий насмешливо выстрелил языком.

— Ты бы сам столько однообразной пищи съел, а потом уже злился. Да и не насыщает она: куда там твоей ежевике против огромной шкворчащей отбивной из...

— Но это не повод уничтожать целые виды!

— Почему? Голод — один из лучших поводов на свете.

— Так, а ну заткнись сейчас же! — рыкнул Господь, не найдя достойного возражения. — Не поможет тут твоя демагогия. Я сказал, что они виновны, что подлежат суровой каре моей — значит, быть посему.

Змий внимательно посмотрел на Господа, жалея, что у него нет плеч, чтобы ими пожать.

— А как же насчёт Божественной Предопределённости? — невозмутимо спросил он спустя некоторое время. — В них ведь при рождении закладывается вся будущая жизнь. Значит, это ты поместил в людей стремление пожирать животных?

— Вот делать мне нечего, только каждый вид пищи прописывать мелкими буквами! — возмутился Господь. — Предопределена лишь тяга к насыщению вкусной и здоровой пищей.

Остальное — на их усмотрение. Кто ж знал, что они так исказят это понятие... Так если б только это! Видал, как люди извратили принцип размножения? Я им по доброте душевной такой приятный стимул поставил в схему Предопределённости; казалось бы, плодись и ни о чём не думай, а они...

— Ну, допустим, — согласился Змий. — А зачем ты вообще для них прописывал Предопределённость?

— Как — зачем? — слегка смутился Господь. — Чтоб не сбились с пути истинного.