Орден мраморной Горгоны

Холст, грунт, масляные краски – все появлялось само собой, сантиметр за сантиметром увеличивая площадь картины.

Птичка пропела незатейливый мотивчик, докладывая, что запомнила мелкие детали, и теперь полностью воссоздаст изображение по памяти. Фармавир расслабился.

– Теперь можно сесть и наслаждаться бегством. Когда-нибудь повешу эту картину на самом видном месте в собственном дворце, – мечтательно произнес он, – и назову ее скромно, но со вкусом: «Жизнь в бегах: высоко и недоступно!».

Птичка уверенно рисовала, картина расширялась и удлинялась, как тесто на дрожжах.

Фармавир наблюдал за ее работой, практически не отрывая взгляда, и когда картина оказалась готова, с восторгом взяли ее в руки. Пташка исхитрилась создать и небольшую деревянную рамку, чтобы холст не сворачивало порывами сильного ветра.

– Глазам своим не верю! – восхищенно прокомментировал он. – Это даже лучше, чем я представлял!

Фармавир любовался мельчайшими деталями картины до тех пор, пока не заметил, что на ее дальнем фоне виднеются восемь точек, располагавшихся практически по прямой горизонтальной линии.

На стаю птиц точки не походили, но ничего большего по поводу непонятных объектов колдун не придумал. Поломав голову, Фармавир понял, что зря тратит время на пустые раздумья: гораздо проще и удобнее обернуться и своими глазами посмотреть, что же там летит за ковром, такое маленькое и черное?

Он так и поступил, заранее сетуя на то, что обладает не самым зорким зрением, и придется долго вглядываться, чтобы понять, что же за точки находятся позади.

Но казалось, что мелкие объекты давно уже не мелкие, и что самое неприятное, они летят именно за ним.

– Глазам своим не верю! – пробормотал он. – Меня догоняют! Вот только этих маньяков на хвосте не хватало! Ковер, ты чего убавил ход? Добавь скорости!

Километрах в трех от него летели сверхскоростные ковры-самолеты стражников королевства. Черные боевые костюмы, делающие стражников относительно неразличимыми в темное время суток, а днем просто выглядевшие стильно, и послужили пташке в качестве точек на горизонте.

С момента, когда пташка нарисовала картину, прошло не меньше получаса, и за это время преследователи значительно сократили расстояние.

Ковер летел на максимальной скорости, но все же недостаточно быстро, как ковры стражников. Фармавир вспомнил, как лично создал новую, скоростную модель для стражников, а усовершенствовать собственный ковер запамятовал.