В Греции всё есть

Лицо женщины начало меняться, строгий греческий профиль уступил место круглым щёчкам и носу-картошке, пушистые седые клочки расположились вокруг лысины, под белоснежной накидкой обрисовался довольно внушительный животик — и спину героя проводил взглядом уже бородач весьма почтенного вида и возраста.

— Ничего не понимаю, — озадаченно пробурчал он и смачно вгрызся в другой плод. — Ну вкусная ведь груша, спелая, сочная, ароматная... — Старик пожал плечами и швырнул огрызок пролетающей чайке. — Что они все, помешались на этих яблоках?! Древо Жизни можно спилить за ненадобностью?

А выбрал бы Ахиллес плод Древа Жизни, а не Древа Познания, как Адам до него, мы бы сейчас, наверное, жили вечно, грустно подумал Марк.

Вот я бы точно выбрал грушу. За вечную жизнь можно много всего героического натворить, даже если сам по натуре не герой... Э-эх, предки...

Юноша отодвинул локтем пергамент и начал разлеплять склеившиеся страницы следующей рукописи.

Последняя из бед

— Да ты хоть сама понимаешь, что натворила?! — Почерневший от гнева Эпиметей занёс над женой огромный кулак, но в последний момент сдержался и сорвал злость на массивном обсидиановом светильнике.

Камень разлетелся вдребезги, капли масла брызнули на пол, испещрив тёмные плиты сотнями горящих точек.

До смерти перепуганная Пандора съёжилась и заслонилась краем пеплоса.

— Знаешь, что теперь будет? — продолжал рычать титан, потрясая распахнутой шкатулкой. — Мир захлестнут эпидемии, войны, всеобщая вражда, другие бесчисленные горести и несчастья! Знаешь, сколько здесь помещалось разных.

..

Запнувшись на полуслове, он внезапно уставился на что-то в глубине резного ящичка, издал невнятный звук, быстро захлопнул крышку и вытер со лба выступивший пот.

— Оказывается, всё не так страшно, — сообщил он притихшей жене. — Самая большая мерзость сбежать не успела.

Ткань медленно поползла с головы женщины. Из-под расшитого золотом края показался чёрный, полный любопытства глаз.

— Прости, милый. — Пандора прижала руки к груди и с мольбой глянула на титана снизу вверх.

— Я знаю, что ужасно виновата, что очень подвела тебя. Но они так шуршали и шипели под крышкой, что я испугалась — вдруг ты откроешь, а они на тебя бросятся...

— Глупая женщина! — страдальчески закатил глаза Эпиметей. — По-твоему, мне бы они причинили вред, а тебе это сошло бы с рук?

— Ой, а ведь и правда! — Пандора взяла в руки мужнину ладонь и начала её ласково поглаживать. Её полная грудь как бы невзначай задела бок Эпиметея.