В Греции всё есть

— Говорят, самая верная жена — Алкмена. Проверить, что ли, насколько она верная?

— Смотри, особо не увлекайся, у тебя времени — только до заката, — раздражённо дёрнул головой молодой человек. — И вообще, постарайся вести себя так, чтобы мне потом опять перед Герой оправдываться не пришлось.

Мужчина вытянулся в струнку, ухватившись за ствол молодого кипариса, словно за копьё, и изобразил на лице полную готовность подчиняться приказам. Юноша фыркнул и отвернулся. Мужчина расплылся в довольной улыбке и осторожно ступил на узкую тропинку, пересекающую рощу.

Вдруг он резко повернулся и подошёл к столику, на который опирался юноша.

— Не понимаю я тебя, Громовержец, — негромко произнёс юноша в теле мужчины. Лицо его приобрело непривычно серьёзное выражение. — Ты же сам можешь в своём теле разгуливать и соблазнять самых неприступных, самых красивых, умных и знатных женщин. Любая за честь почтёт с самим Зевсом время провести. А ты это время со мной, молокососом, на какую-то ерунду тратишь.

— А и не должен ты всего понимать, Трифаллус, — с достоинством обронил юноша.

— Покамест не должен. Иди, Приап, не трать время даром. Даже секунды лишней потом не проси.

— Не беспокойся, деда, я и не собирался просить — знаю, что не дашь. Потому что проигрывать не умеешь, — мужчина показал опешившему юноше язык, подскочил на месте, как козлёнок, и рубящим движением руки прорезал в воздухе портал.

— Эх, ты, глупыш... — пробормотал себе под нос Зевс, снисходительно улыбаясь вслед ныряющему в портал Приапу. — Сам не понимаешь своей выгоды.

Да я с твоими молодыми силами и двойной оснасткой и так кого угодно... — он чуть приподнял край хитона и довольно осклабился. — Эй, Дриопа, Сиринга, Мелия, вы где? — заорал он неожиданно и громко свистнул в четыре пальца. — Девчонки, выходите, я уже тут, с вами!

Из кустов с радостным визгом выскочили три нимфы и потащили юного Дия за собой, в самую глубь рощи.

А вот здесь до меня не дошло, в недоумении оттопырил губу юноша. В чём же выгода Зевса? Он и сам мог к Алкмене заглянуть вместо Приапа, она против него не устояла бы.

Ведь достаточно быть знаменитым, могучим, самым главным — и все женщины будут твоими, правда же? По-видимому, так ничего и не пойму, пока не доживу до пожилого возраста. Ладно, это не повод мозги сушить, у меня ещё целая куча книг нечитана!

Родственные души

Пасифая оттопырила нижнюю губу и поболтала ножками в воздухе. Бык шумно вздохнул, переступил с ноги на ногу и почесался о балясину. Крыльцо задрожало.