Дрим тим

— Да брось, тебе что от этого будет?

— Если бы я не знал тебя хорошо, то подумал бы, что королевство Лалабель лишилось целого архимага и всего ядерного потенциала, что он может выдать.

— Но ведь так и есть, — встревает Ашот. — Что ты знаешь о Троге, чего не знаю я?

— Тебя это не касается. Я действительно архимаг, просто не хочу проводить старость на поле боя. Я бы лучше занимался исследованиями. Меня призвали против моей воли, — кажется, Трогу очень не нравится тема разговора, но Ашот может быть прилипчивее волшебного момент-клея из пыльцы фей и соплей тролля.

— Ему нельзя пить, вот что, — разводит руками Вок.

— Ну, я и так знаю, что он алкаш.

— Я не алкаш, просто у меня тяжелый период в жизни, — отмахивается чародей.

— Ага, период длиной с эту саму жизнь, — мрачно кивает Вок.

В этот момент тишину нарушает громкий кусь морковки, которую клыки вампира перекусывают на раз-два. Впрочем, интересно событие не этим, а тем, что Фигаэль ест, закусывая собственными слезами.

— Я уже не могу есть овощи, — вампирша закрывает лицо.

— Потерпи, вот найдем Ведьму Западных Полей, и она тебя вылечит, — Трог пытается успокоить спутницу.

— Ведьму? — удивленно раскрывает глаза Вок. — Ты что же, думаешь, что ведьма и тебя исцелит?

— Когда найду её, обязательно спрошу, — Трог тоже приступает к принесенной официанткой еде. Один лишь Ашот жрать не хочет, но очень хочет узнать секрет Трога, но вдруг в главном зале поднимается какой-то шум.

— Пойду узнаю, что там, — трактирщик встает на ноги.

Вок исчезает за дверью, а Ашот вздыхает:

— Эх, теперь я снова хочу стать живым, чтобы насладиться едой.

— Не порти нам ужин, — брюзжит старик. — Вон Фигаэль аж поплохело от тебя.

Вампирша действительно держится за рот, словно накатил резкий приступ тошноты, но Ашоту не кажется, что это его вина, ведь ему тоже стало не по себе. Рука сдергивает плащ со спинки стула и накидывает на тело в последний момент, когда открывается дверь, и ВИП-комнату затапливает белый свет.

В проеме показывается та самая святая Серафина, что должна читать проповеди за окнами трактира. Ашот старается спрятать лицо, а Фигаэль плотно смыкает губы.

— О, святая Серафина. Позвольте получить ваше благословение, — Трог тут же бросается грудью на амбразуру, так как только он тут переживет концентрированную дозу милоты молодой девушки и смертоносной силы Светлой Богини.

— Конечно, страждущая душа, — святая кладет руку на голову вставшего на колени чародея.