Джинны навсегда

За время, пока кот обрабатывал переднюю левую лапу вопли стали тише, потом прекратились вообще. Когда Кусака покончил с правой передней, женщины закрыли рты и уселись, даже не промахнувшись, на пластмассовые табуреты.

- Миссис Коллинз, - слегка осипшим голосом произнесла Джеки, - похоже, вы были правы. Он, действительно, говорил.

Миссис Коллинз кивнула, не сводя глаз с невероятного кота.

- Джеки, детка... Не сделаешь ли кофе для нас обоих, - попросила она, ища сердце под объемной левой грудью, - Хотя.

Кусака понял, что гроза ушла за горизонт, и царственно качнул головой.

Джеки встала и принялась бродить по комнате, полуосмысленно соединяя отдельные предметы на низеньком столике рядом с электророзеткой: чашки, кофейник, сахарницу, сливки из холодильника, стоявшие рядом с вакциной.

- Может быть просто сливок? - осторожно предложила миссис Коллинз. - Кстати, меня зовут Маргарет, а вас?

- Я не американец. Я русский. Мне сложно перевести свое имя на английский язык.

- О-о! - уважительно протянула Маргарет. - У вас прекрасный английский. Правда, это британский язык. Неужели все русские коты владеют человеческой речью? (в ее голове закрутились бессвязные мысли о котах, Чернобыле и почему-то инопланетянах).

- Понимают, но не владеют, - Кусака сделал заднюю ногу "пистолетом" и занялся ее пальчиками, выкусывая пыль и спутавшуюся шерсть. - Если хозяин, - тут он слегка фыркнул, давая понять, что для кошек это слово не существует, - удосуживается объяснить слова, которыми пользуется.

- А наши кошки? - встряла пришедшая в себя Джеки.

- С вашими я пока не общался, - с достоинством ответил кот.

Джеки бросила кофейник и присела к столу на корточки.

- А как ты научился говорить? - полюбопытствовала она, - и как попал сюда?

- Жизнь научила, - с четко дозированной горечью сказал Кусака. - А сюда я прибыл вечерней лошадью прямо с бала, можно сказать. Еще совсем недавно я топтал снега Хабаровска, а сегодня меня унизили, протащив за шкварник, и запихали в клетку.

- Сожалею, - сокрушенным тоном произнесла миссис Коллинз, - я не знала что вы - иностранец.

Гопкинс грых антиникотиновую жевательную резинку и его лицо кривилось в гримасе омерзения. Неизвестно, что было более противно: вкус жвачки или предстоящее расследование. Можно подумать, что без этих русских фотомоделей, помешенных но бодидансинге, проблем в Америке не было.