Конец цепи

Конечно, для них не было секретом, что за ними наблюдают, и он не должен был объяснять ей, почему хочет знать, чем она занимается, но они получили приказ обращаться с гостями так, чтобы те не чувствовали себя пленниками, а это накладывало определенные ограничения.

Мартин Родригес (так его звали по-настоящему) прекрасно понимал, в чем дело. Организация целиком и полностью зависела от желания этих людей делать то, что от них требовалось. А если не обращаться с ними хорошо, они могли просто пойти в отказ.

Или, хуже того, подкинуть неверный результат, предположив, что находятся в руках сил зла, а значит, любая попытка противодействия им только во благо.

Поэтому он и позаботился об оправдании. Вроде как услышал ее крик и постучал просто проверить, все ли в порядке.

Подождал.

Прошло полгода с тех пор, как они привезли ее. И порой он пытался убедить себя, что мужчина, которого она ждала тогда, был настоящей свиньей и он просто оказал ей услугу. Но тем самым откровенно лгал себе, будучи прекрасно осведомленным об этом.

Они же исследовали все очень тщательно и прекрасно знали, кто она такая. Ее связывали с тем мужчиной до ужаса гармоничные отношения, а по-свински поступил именно он. Увез ее без объяснения причин, и вообще, какие бы проблемы ни угрожали миру, почему Жанин Шарлотта Хейнс должна была платить за них?

Но жизнь несправедлива, напомнил он себе.

И даже будучи всего лишь винтиком в большом механизме, он знал, что все его действия преследуют исключительно благую цель.

* * *

Когда Мартин Родригес открыл дверь сам, все эти мысли сразу же улетучились из его головы.

Комната оказалась пустой, пусть он и не видел, как она покидала ее.

Десять секунд спустя он по рации передал сигнал тревоги, и сразу началось черт знает что, точно как он и предполагал.

Через несколько сотен метров Вильяму в лицо ударил вечерний воздух, прохладный и освежающий, словно он перевернул пуховую подушку душной и жаркой ночью.

Был более поздний час, чем он думал. Уже стемнело. И он понятия не имел, что ждет его впереди.

Он следовал за молодой женщиной вниз по лестницам, по коридорам и по узким проходам, порой узнавая их по совместной прогулке с Коннорсом, но чаще всего и представить не мог, где они находятся, и слепо полагался на дамочку, шествовавшую перед ним, и на ее синюю шайбу, пропускавшую их через запертые массивные двери.