Изабель и призрачное счастье

– Кончено не мог, – легко согласился менестрель, – но он вообще не хотел жениться, а девушек привозили и оставляли под воротами замка, и если он ее не впускал, то девушка считалась опозоренной. Домой ее не брали, и кроме как в озеро ей никуда не оставалось.

– Вот гад, – в чувствах произнесла я.

– Просто он любил другую, – пропел бард.

– А раз любил, то чего не женился? – не поняла я.

– Он женился, просто она долго не соглашалась, но, когда сто одна девушка утопилась, ей стало жаль сто вторую и она приняла его руку и сердце.

– Забавные у меня родственники, – хмыкнула я, представив эту очередь к озеру из обиженных девиц.

– В память об этом грустном событии на берегу озера вырос город. Раньше там располагались казармы и вот со временем… – протянул менестрель.

Покосилась на музыканта, интересно он реально думает, что девушки утопились, а не сбежали к бравым солдатам? В целом не удивительно, что целый город получился.

Мне хотелось поделиться своей идеей, но тут в комнату влетели Софи и барон.

– Представляете, Изабо! – ахнула придворная дама, – дверь действительно заперта, вот он, – она указала веером на старика, – ее и запер.

– Рада, что мы это узнали, – призналась я, – а можно теперь открыть двери, где ключ?

– Дело в том, – замялся барон, – что он у меня в кармане, – старик покопался в камзоле и выудил ключик. Изящный и призрачный.

– Круто, – я вздохнула, – видно, помру тут.

– Вот еще! – менестрель фыркнул, – если двери заперты, то открыты другие пути, – запел он и поманил меня за собой, – а ну, наклоните на себя этот канделябр.

Я ухватила изящную железку, и она с неожиданной легкостью поддалась. Что-то скрипнуло, и книжный шкаф отъехал в сторону, открывая путь во тьму.

– А свечки нет? – грустно спросила я.

– Конечно есть, – порадовал меня барон, – свечи есть, огнива нет.

– Здорово, – я шмыгнула носом и перешагнула порог, шкаф тут же захлопнулся, оставляя меня в кромешной темноте.

– Мы будем рядом, – пообещали призраки.

Я поежилась и тут заметила, что они светятся. Вот точно гнилушки на болотах, неприятным зеленым мерцанием, и все же это лучше, чем ничего.

– Показывайте выход, – потребовала я, и менестрель полетел вперед, наигрывая что-то веселое о солдате и простушке.

«Все-таки он знает», – решила я и зашагала следом.

Спустя несколько лесенок, пары ударов головой о протолку, десятка визгов, из которых моими были три, мы выбрались из тайного хода.

Я стряхивала налипший на меня мусор и паутину, а Софи, понизив голос, пилила борона.