Кувалда

Краснослав пошёл вслед за остальными, но директор остановил его.

— Стоять, — приказал он.

Краснослав подчинился. Готлиб Карлович надменно смотрел на него сверху вниз, чувствуя своё неоспоримое превосходство.

— Ви притягиваете проплемы, господин Сычёфф, вам не кашется? — пристально глядя в глаза Кувалде, произнёс директор. — Мне толошили, что стесь происходит драка.

Доложить мог только один человек. Семён Сволов, который сумел ускользнуть из цепких лап своих одноклассников. Значит, князь не просто испарился и спрятался, а попытался хоть как-то помочь другу.

Но получилось наоборот. Он помог цесаревичу.

— Нет, — коротко ответил Краснослав.

— Карашо. Иначе я бы вас исключил, — сказал директор. — Драки в Гимнасии строго сапрещены! Идите на урок.

— Да, — коротко ответил Краснослав.

Он быстрым шагом отправился вслед за одноклассниками, сжимая кулаки. Последние слова Немца пульсировали в мозгу, словно бы открывая маленькую лазейку для достижения цели.

Драки в Гимназии запрещены, но ученик может выйти за её пределы. А там действуют уже совсем другие законы.

Поэтому вместо того, чтоб повернуть в аудиторию и пойти на урок закона Божьего, капитан Кувалда зашёл в свою комнату, накинул пальто и отправился в город, старательно избегая чужих взглядов.

Выход из Гимназии снова напомнил ему диверсионную операцию. Покинуть здание нужно было незамеченным, ведь если его увидят, то немедленно отправят на урок, и ещё вдобавок накажут, в этом он не сомневался.

Но многолетний опыт даже в чужом теле оставался незаменимым помощником лучшего пилота Империи. Краснослав легко выскользнул за двери, ни разу не попавшись на глаза вахтёрам или учителям. Его не заметил никто, даже скучающие гимназисты, неотрывно смотревшие на тучное серое небо за окном аудиторий.

Мокрая, слякотная петроградская погода встретила его холодными порывами ветра и моросью, летящей прямо в лицо. Кувалда поднял воротник и зашагал прочь от Гимназии, поглядывая по сторонам.

Этот город был сер и неприветлив, и Краснослав ясно видел, как сильно здесь отличаются бедные от богатых. Можно было сказать, что два Петрограда жили параллельно, почти не соприкасаясь друг с другом, и кварталы дорогих усадеб, обильно украшенных резными фасадами и мрамором, незаметно перетекали в нагромождения хлипких доходных домов, в которых по чердакам и подвалам ютилась петроградская беднота.