Кувалда

Такие же пьяные выкрики и разговоры, звон посуды и пение.

Кувалда сдал пальто в гардеробную, прошёл в зал, уселся за свободный столик. Вышколенный официант в чёрном фраке появился почти мгновенно, протянул новому гостю меню. Краснослав благодарно кивнул.

— Вот это, это и это, — он ткнул пальцем наугад, не слишком разбираясь в местной кухне.

Официант записал всё в книжечку, снисходительно улыбаясь. Наверняка посчитал за провинциала, но Кувалде было плевать, что о нём думают. Он откинулся на стуле, скользнул взглядом по огромному залу.

Рядом на бильярде играла компания аристократов, чуть дальше, за длинным столом, пьяные дородные купцы праздновали чей-то юбилей, на втором этаже разрозненными стайками сидели влюблённые парочки.

Вскоре на столе появилось первое блюдо и серебряные приборы.

— Уха из стерляди на шампанском-с, — надменно произнёс официант.

Кувалда недоумевал, что в этом блюде славянского, но всё же взял ложку и решил попробовать. Вкус оказался весьма необычным, и в какой-то мере даже благородным, но Краснослав лучше бы предпочёл обычную трапезу.

Порции здесь оказались крохотные, и с тарелкой ухи он покончил моментально.

Надменный официант принёс следующее блюдо — молочного поросёнка, целиком зажаренного на огне. Краснослав довольно ухмыльнулся, глядя, как блестит лоснящийся бок, взялся за нож и вилку.

Со стороны бильярда донеслись насмешливые возгласы, Кувалда покосился на компашку аристократов.

— Господа, вы посмотрите, чему нынче учат в Гимназии! Это же вилка для рыбы! — какой-то франт с тонкими усиками фыркнул, натирая кий мелом.

Форму гимназиста узнать было нетрудно.

— Бросьте, Джордж. Мне больше интересно, как этот мальчик управится с целым поросёнком, — ответил другой, холёный мужчина в самом расцвете сил, прицеливаясь по шару.

Но они не знали Кувалду. И не знали, сколько ему нужно для открытия новой ступени энергетического центра.

Краснослав жестом подозвал официанта, отложил приборы.

— Несите всё, сударь, — произнёс он. — Господа! Предлагаю пари!

Дворяне оторвались от игры, посмотрели на дерзкого гимназиста.

— Пари? — снова фыркнул джентльмен, презрительно вытягивая лицо, от чего он становился похожим на лошадь.

— Пари, — подтвердил Краснослав.

— Я люблю пари, — улыбнулся третий аристократ, молодой парень с пышными бакенбардами. — Если они мне выгодны.

— Мы слушаем, — благосклонно кивнул четвёртый дворянин, салютуя Кувалде бокалом шампанского.

— Я полагаю, вы сомневаетесь, что я смогу осилить этого поросёнка.