Баг

Заметив, что я вышел из «комы», улыбнулась и сказала невпопад, словно и не было паузы в нашем разговоре:

- А волк не пришел выть, и парня нету. Убили его, наверное, - и снова в слезы. – Жалкоооо....

- Тьфу, блин... Да, не реви ты, все живы, и даже скоро будут здоровы, - теперь я знал, о ком убивалась русалка.

- Живы, здоровы? Радость какая! - девушка нырнула, оттолкнувшись от камня, и в воздухе мелькнули две стройные ноги. Но тут же снова из воды выглянула голова с любопытными глазами. – А ты откуда знаешь? А куда сейчас пойдешь? Или со мной еще посидишь, скучно мне, вот и плачу, потому что поговорить не с кем.

Подруги есть, но они тоже грустные все время, только, когда праздник наш русалочий, тогда все веселятся, тогда весело, а сейчас скучно. Ты не уходи, я к тебе сейчас выйду.

И навстречу мне из речки вышла совсем нагая «скучающая» навка. Ее внешний вид, смущал только меня. Для нее – дитяти природы, нагота была естественной. Русалка подошла ко мне и села рядом, подняла камушек и бросила в речку.

- А гребешок мне твой понравился, спасибо еще раз.

Каждый раз чешу волосы и тебя вспоминаю. И колечко ношу, - она протянула ко мне руку, на пальце которого блеснуло медью кольцо. Словно обручальное, нравишься ты мне, но кто такую, как я полюбит, я же нежить, - и она снова собралась плакать.

- Да что ты такая депрессивная? Ты мне тоже нравишься, - признался я.

- Женись тогда на мне, а? Слышишь, я хорошей женой буду, верной и любить тебя стану пуще…, - она хотела сказать жизни, но вспомнила, что ее-то у нее ее нет и глаза снова налились «росой».

- Не могу. Извини, ты хорошая. И дело не в том, что ты навка. Будь и обычной женщиной, не женился бы. Сердце мое другая забрала, еще до нашего с тобой знакомства.

- А она красивая? Лучше меня? Красивей? - грусть, не отменила женского любопытства.

Я не стал ломать самооценку русалке. Была ли Кнопка красивей? Не сказал бы, но есть в ней нечто особенно, нечто такое, что вот по мне и все тут. «Кнопка, где ты сейчас? Обещала приходить, наведывать, но, увы.

Поди, и забыла меня уже». И мне тоже стало грустно.

- Ты тоже красивая, нашелся с ответом я.

- Тогда хоть поцелуй меня, она не будет ревновать, даже, если и узнает. Я бы не стала. Ты же не со страстью, а пожалев меня. Не бойся, атаманом-водяным клянусь, не зачарую. Ну, пожалуйста. – И она закрыла глаза, приблизив ко мне мокрые, пахнущие речной водой губы. Я не отстранился. Поцелуй был невинный, как у детей в детсаду. Через пару секунд навка сказала.