В рейд пошла одна старушка

Но среди этих одиночек не было ни одного, который бы смог пробить защиту магического контура таверны у Гоги. Мудрый владелец не жалел средств на безопасность, зная, что у него собираются все кому не лень для своих темных делишек. А марку держать надо. Ведь если каждый день устраивать тут поножовщину и разборки, то и трактир приобретет не ту репутацию, которая нужна. Именно по этому за длинной барной стойкой стояли его земляки класса «паладин», которые могли поглощать любой урон. Под мраморным пафосным крыльцом был зарыт померший лет двадцать назад некромант (переел шаурмы «У Ашота»), который после смерти реагировал на любую пролитую каплю крови и наводил не очень мощное, но действенное проклятие на нарушителя.

И поэтому несчастный владелец своей крепости примолк – ни одна магия разрушения не действовала на его территории. А что это значит? Это могло значить только одно.

- Ну зачэм так горячиться, - укоризненно сказал он, вытирая пот со лба, - вот, вот ваши денюжки, и палочку себе оставьте.

Зоя Валерьяновна прищурилась на Гоги, но успокоилась – посуда перестала ходить ходуном.

- Че это? – подозрительно спросила она, удостоверившись, что денежки вернулись к ней на счет. Палку, впрочем, она обратно не отдала.

- Так вы же имба, - шепнул Гоги. – Имба же, да?

В таком случае становится понятно, почему на новичке шмот высокоуровневой черной ведьмы.

- Че эта такое – имбя твоя? – подозрительно нахмурилась Зоя Валерьяновна.

Гоги тяжело вздохнул. Ему стало понятно, что фурия намного хуже горячих глупых новичков, которые врываются в забагованный напрочь мир с мечом наголо. Те хоть основные законы понимают, а эта…

- Я те поругаюсь! Чтоб у тя язык отсох! – мстительно ляпнула Зоя Валерьяновна.

Гоги печально посмотрел на нее и вздохнул. Говорить он больше не мог. Проклятия старой фурии разили силой слова, сказанного от всей души.

Глава 9. Ненавижу, б..., порталы!

Гоги, страшно вращая глазами, собирался заколоться двузубой вилкой. Из его рта не вылетало ни слова, что для такого, как Гоги, было пострашнее пыток.

Жуткая старуха же, недоуменно моргнув желтым глазом, спросила:

- Чего это? Инфаркт? А ну, язык покаж! И руку подыми!

Ей все же было семьдесят шесть лет, да и спутниковая антенна тоже имелась с телевизором и программой «Здоровье» с Еленой Калышевой.