В рейд пошла одна старушка

Поняла?

Зоя Валерьяновна охнула.

Она, конечно, порой с садистским удовольствием лупила газетой по мухам. Травила муравьев. Даже по молодости подстрелила утку, а потом, всхлипывая, ощипывала птичку на кухне – жалко было. А тут этот молодчик уговаривает – и на что? На смертоубийство!

- Ты на что это баушку подбиваешь, уголовник? Посодют меня на старости лет! Давай ты сам, а я тебе передачку соберу, хлебушка, сигарет… У Зинки мужик ее сидел, я знаю, чего надо. Карамелек тож куплю…

- Каких карамелек? – опешил привратник.

- «Раковые шейки». Еще «Золотой ключик». «Полет» и «Цитрон» не могу, уж извиняй бабушку, пенсии у нас…

Привратник ощутил, как у него начинает плавиться мозг. Бабка вампирила его по полной, даже не отдавая себе в этом отчета.

- Так. Стоп. Ты – имба. Что это такое, поняла?

- Да! Грузинский мат! – радостно ответила Зоя Валерьяновна.

Из кустов выпорхнула птичка. По воде пошла рябь. Привратник почувствовал, как у него еще сильнее заболела голова.

- Нет! Не мат! – почти заорал он.

- Это значит – «imbalanced», то есть, на тебя не действуют законы этого мира. Ты сможешь убить Светлую Княгиню, и мы все попадем домой!

- Ишь, горазд чужими руками жар загребать, - проворчала Зоя Валерьяновна, как всегда поняв все по-своему. – Сам уди и убивай. Развелось вас, уголовников!

- Да не могу я! Ты чего, совсем ничего не понимаешь?!

- Можешь! Ты ишь какой здоровый, маскулистый, крепкий! Я бабушка слабая, старая! На одном «Бромхерине» сижу, только им и живу еще! А таблетки знашь сколько стоят? А пенсия…

Фурия продолжала что-то говорить – медленно, с противными ноющими интонациями.

От них слезились глаза и хотелось спать. «А вот у Зинки… Ни дня не работала… «Бромхерин» не три рубля… Ироды проклятые…», - услышал он словно сквозь туман и упал на землю.

Сила фурии разила без промаха.

***

Хорошо, что привратник все же был бессмертным персонажем. Он очнулся от того, что его по щеке гладили жутко воняющим наждаком. Кожу пощипывало.

- Бабка, убери своего кота, - прохрипел привратник, сразу же включаясь в реальность.

Ссаныч недовольно мякнул и дернул задней лапкой.

- Ты чего это, болеешь чтоль? А вот если б ты пил «Бромхерин», то…

- Подожди, - взмолился привратник, - помолчи.

Но фурия не собиралась молчать.

- А вот «Хербалайф»… - завелась она. Тут даже ее Кат Ши отошел в сторонку, чтобы не накрыло. А вот ослабевший привратник отползти не успел. Он повалился на землю снова.

- Ой, ей… Молодые, а все туда же.