Герои своей книги

За ним аккуратно толкнули в спину и меня. Значит, для волшебника из Академии сейчас устроят две показательные казни… Приведшие меня фанатики торопливо заняли отведённые им места в круге. Странно, что я сразу не приметил пустующие дыры в кругу людей на площадке. Магистр приблизился к двум крестам и встал аккурат между ними. Распятые на них не обратили на Таната никакого внимания.

– Смотри, Анжелас Девкалион, – прогромыхал он, вскидывая руки вверх.

Мы уже перешли на «ты»? Быстро. Не заметил, когда мы стали друзьями.

Особенно если учитывать все сказанные слова о недоверии в мой адрес и связанные руки с непроницаемой повязкой.

– Сейчас я покажу тебе, чего же мы добились в области подчинения смерти. Одного из них, – он обвел рукой двух людей на крестах, – мы лишим жизни прямо на твоих глазах. Его душа отправится в царство мёртвых. Но мы попытаемся её перехватить. Впрочем… Не буду слишком сильно забегать вперед. Ты сам всё увидишь. И поймешь, что я недоговорил.

Танат медленно подошел к крестам. Из круга тут же выбежал один из фанатиков с двумя деревянными табуретками в руках.

Он приблизился к приговоренным и поставил перед ними озвученные предметы. Танат поблагодарил его и поочередно забрался на табуретки, заглядывая в глаза людям на крестах.

– Анжелас, ты знаешь, кто это? – спросил он, стоя ко мне спиной.

– Понятия не имею, – раздражённо буркнул я.

– Помнишь, я говорил о тех, кто избил тебя? – Верховный магистр Ордена хранителей смерти склонил голову набок, не сводя глаз с людей на крестах.

С его спиной мне мало хотелось разговаривать. Потому я решил промолчать, пусть принимает подобный жест за согласие.

– Эти двое отдали приказ и больше всех участвовали в твоем избиении. Я обещал воздать им по заслугам? – его речь снова прервалась на короткую паузу. – Я воздам. И запомните, – он повернулся ко мне лицом и обвёл глазами всех собравшихся в кругу фанатиков, – ослушания я не прощу никому из вас.

Его брови встопорщились, а глаза гневно заблестели. Решил поискать среди собравшихся тех, кто желает ослушаться? Выждав определенную паузу, Танат повернулся к столу с орудиями пытки.

– Эсхил – первый, – фраза была брошена коротко и небрежно.

По лицам палачей расползлись змеиные улыбки. Самый низкий (про себя я прозвал его «карлик») ухватил со стола кривой ритуальный нож и неспешно подошёл к левому кресту. Двое других палачей на всякий случай расположились чуть позади жертвы. Лицо Эсхила по-прежнему не изображало никаких эмоций.