Герои своей книги

Я практически все твои стихотворения перенесла в отдельную тетрадку. Так вот, Рома, мы с тобой уже довольно взрослые люди, чтобы решать наши проблемы самостоятельно. Я догадываюсь, что ты испытываешь некоторые чувства по отношению ко мне («А-а-а… Ммм… Да я, – парень буквально задыхался от такой наглости. – Даже я не знаю о себе такого. Я, видите ли, «догадываюсь». Тьфу, – парень мысленно плюнул на записку. – И откуда только девчонкам приходят в голову такие мысли?!»), но, к сожалению, я пока не могу ответить тебе тем же.

Может быть, вскоре, но не сейчас. Я стою на перепутье и не знаю, что мне выбрать. В общем, всего и не изложить на крохотном листке бумаги. Обещаю, что расскажу тебе всё подробнее, но не сейчас».

Роман дочитал послание до конца. Такая наглость его… нет, не разозлила, просто взбесила. Но, несмотря на вспыльчивый характер, он очень быстро отходил от любого потрясения. Порвав клочок бумаги на несколько частей и засунув их в карман, он снова влез в своё привычное шутливое настроение.

Оля и Таня, наверное, уже заждались того момента, когда их друг дочитает до конца, поэтому Роман громко позвал их, предложив вернуться в свое общество. Девушки дважды себя просить не заставили. Быстро войдя в комнату, они тут же устроились на диване. В руках девушки держали карты. И где только нашли? По раскладу и по количеству задействуемых карт, Роман сделал вывод, что Оля и Таня играли в «Марьяж», или «Тысячу», или, кто уж очень привередлив, «Сочинского дурака». Ни та, ни другая еще не успели взять прикуп. Таня посмотрела на подругу и громко озвучила свою ставку: «135».

– Вы не хотите прогуляться? – поинтересовался Роман, стараясь потушить игровой азарт девушек.

– Прочитал? – вопросом на вопрос ответила Оля.

– Да.

Парень заглянул девушке в глаза, желая отыскать там хоть какое-нибудь чувство или причину, побудившую её к такому откровению, но в зеркалах души оказалось пусто. Нет, не так пусто, как бывает в вакууме, но всё же. Да, в глазах Оли читались разнообразные женские проблемы: у Тани сегодня одежда намного моднее, чем у неё самой; сможет ли кто-нибудь рассказать ей что-нибудь новенькое, желательно шокирующее; не растрепались ли волосы; ой, тушь течёт, что ли? А вот чувств никаких.

– В таком случае я полагаю, что пора, – подытожила Оля.

Девушки с поразительной быстротой встали, бросая карты на диван, и проследовали в прихожую.

– Гитару возьми! – раздался голос Оли и стук закрываемой двери.

Так было всегда.