Настоящая принцесса

Потому что, если даже мне несказанно повезет, и никто не заметит пробелов в образовании Принцессы, внезапно возникших на фоне нервного стресса, и изменившегося поведения ( что тоже всегда можно списать на пресловутую истерию), то незнание дворцового этикета точно мгновенно выдаст во мне самозванку! А как при общении с принцами без этикета? Никак! Так что, надеемся на лучшее! Когда там начало смотрин? Через неделю, вроде? Вот эту дату и ставим, как точку невозврата. Точнее, наоборот- возврата! Чтоб подальше от разврата… И домой! Домой! К тапкам, дошираку и закрытию квартала! Погуляли в дебрях галлюцинаций и ладушки! Пора бы и честь знать.

И долг работодателю отдавать.

В общем, примерно с такими мрачными мыслями я, неожиданно, и обнаружила, как фрейлина ввалилась в огромную, обитую железом дверь, гостеприимно распахнутую для нас на лестничной площадке, в конце этой бесконечной винтовой лестницы.

-Ну? Что Вы там замерли?- привычно недовольным голосом спросила придворная, выглядывая обратно на лестницу - Заходите быстрее! Раньше сядем, как говориться, раньше выйдем.

Не забывайте про расписание! Мы и так ничего уже не успеваем!

Я, с опаской, вытянула шею, осторожно заглядывая в лабораторию. Чешуйчатая попа, кстати, при этом, осталось на лестнице! Очень удобно, если, все-таки, нужно будет бежать отсюда! А в пользу этого решения уже говорило много!

И то, что лаборатория напоминала декорации к фильму ужасов. И то, что навстречу мне, улыбаясь во все свои имеющиеся, пока что, зубы шел уже знакомый мне Королевский лекарь, неся в руках странного вида клещи и зажимы.

И подлая фрейлина, которая, не понятно как, с таким-то мощным бампером, уже успела протиснуться мимо меня обратно на площадку и теперь, всем своим немаленьким весом, упиралась в мою филейную часть, стараясь затолкнуть меня же в помещение.

Ну, с вражеской теткой я решила вопрос быстро- один сильный взмах хвостом, и рыхлая Фройлен уже через «твою мать!» катится вниз по лестнице, радуясь пологим ступеням и отсутствию острых углов.

А вот с врачем разделаться было сложнее. Мой грозный «клац» зубами его нисколько не впечатлил. От хвоста он, с достойным уважения опытом и грацией истинного ниндзя, уворачивался, не отвлекаясь при этом от присоединения разных прозрачных трубочек к странному аппарату, больше всего напоминающему самогонный. Рычание встретил чуть поднявшейся бровью и кривой ухмылкой.