Трагедия Равновесия

Отправили через посыльного значит, хм, почему не амулет? Их выдают только на пятом году обучения, как награду за хорошую и учебу и преданность богини. Я покосился на амулет, висящий на моей шее. Сжав его в руке и не почувствовав даже капли магии, все стало ясно. Истощение амулета обычное дела в стенах академии. Хотя его и выдавали не всем, многие кто его получили, не понимали чести, которая им оказана, и использовали амулет для связи со своими родными, что строжайше запрещено. Я отлично знал, что мой отец никогда не станет перечить уставу академии, и не будет покупать амулет за баснословные деньги, чтобы связаться со мной, поэтому я никогда и не думал о связи с ним.

Скорее всего, амулет оказался бракованным, даже здесь такое бывает. Не удивительно, что меня решили вызвать и допросить: вдруг я специально угробил амулет по каким-то причинам. За этим очень тщательно следит сам ректор, ибо «запрещено говорить с родными и близкими вам людьми». Однако кому сильно хочется, все равно находят способы это сделать, но стоит признать, никто этим не злоупотребляет, иначе вылетишь из академии с позором, а то и без головы, такие случаи уже были.

*****

Я стоял напротив крепкой двери, которую опутывали нити магии, думаю, даже простые люди, не знающие о магии, увидели бы их. Это было чуть ли не единственное место в академии с действительно серьезной защитой. Выглядит странно, всё равно что поставить ворота посреди поля, но кто я такой, чтобы оспаривать решения великих магов древности, а возможно даже самой Темис.

Выдохнув, я постучал и зашел.

Такой роскоши я в жизни не видел, все, что можно было обшить золотом, было обшито им. Вся мебель была сделана искусными мастерами эльфов из их священных деревьев, да любой замок мелкого барона стоил дешевле, чем комната этого мага. Немного отойдя от шока, я посмотрел на статного мужчину, он вообще не выглядел, как старик, проживший больше ста лет. Обычный такой мужик, лысая голова, нет и намека на морщины, но его глаза. Выцветшие, почти полностью белые и совсем не похожие на глаза человека, они выдавали в нем сильного мага, который коптит землю не первую сотню лет, и вот сейчас этот маг сидит передо мной в кресле и многозначительно смотрит на меня.

Кажется, мне стоит ожидать серьёзного разговора. Взглядом ректор приказал мне сесть, и я послушно приземлился на стул, находящийся напротив его стола.

Наше неловкое молчание продолжалось ещё долго, хотя, хочу отметить, что неловким оно было только для меня.