Трагедия Равновесия

Навесные шкафы, в которых хранилась вся посуда, были в трещинах; ранее упомянутая посуда где-то поломана, где-то лежит на полу; стол перед которым я стоял, был вообще переломан в середине, не понятно только почему все еще стоит на своих законных четырех ножках. Горестно вздохнув и поймав еще одну вспышку боли в голове, я уперся в стол руками – и провалился вместе с ним на мол.– Не стол ты мне больше, тварь червивая, – проворчал я поднимаясь.

Сам виноват, он и так держался из последних сил, а тут еще моя тушка.

Пнув его легонько ногой, осторожно двинулся в сторону своей гостиной.В зале я увидел спящего на моем месте Даишша… хотя может и не спящего. Он совсем не шевелился и лежал в какой-то неестественной позе, загнув руку так, будто она переломана в нескольких местах, а на ткань возле его головы отдавала ярко-красным оттенком, причем так отчетливо, что мой больной мозг, даже не сомневался в происхождении этого пятна. Рванув к своему другу, я не заметил опустошенной бутылки из-под чего-то алкогольного и снова рухнул с грохотом на пол. От этого грохота очнулся мой друг, и так же как я недавно, буквально вскочил со своего ложа.

– Ты чего на полу лежишь? Так и простудиться можно, – он не издевался, а говорил вполне серьезно, что раздражало даже сильнее, чем его внезапное воскрешение.– Ну так помоги, чего ты встал в обнимку с бухлом, – это был не праздный наезд, этот потомок троллей стоял с бутылкой вина в той самой руке, которая так неестественно лежала под его тушкой.

– Ладно, не бурчи, – он протянул мне руку, за которою я тут же схватился.

Теперь мы стояли друг против друга и с интересом всматривались в помятые лица. Ещё никогда мне не приходилось видеть Даишша после пьянки, как и ему меня – мы просто никогда столько не пили. Пару мгновений напряженной тишины, и комнату наполняет беззаботный смех моего друга. Он хлопает меня по плечам, бьёт себя по коленям, чуть ли не по полу катается. Ответом ему был мой укоризненный взгляд.

Мы стояли в моей маленькой кухне и рассматривали этот бардак. Уже успокоившийся Даишш, молча сверлил взглядом поломанный стол, я же прикинув сколько денег здесь потеряно, мысленно хватался за голову.

– Чего ты сверлишь это топливо для печи?

– Пытаюсь вспомнить, что же мы с ним делали, – мой друг упорно вглядывался в этот несчастный стол. В таком состоянии я его и оставил.

Сам пошел разбирать разбитый сервиз.