Ведьма в запаре. Часть 1

- Итак, Кощей, - Ирнелия глубоко вздохнула, как будто само это имя вызывало у нее оскомину, - пожалуй, начать нужно с того, что никто не знает, настоящее ли это имя - Кощей. Не известно также, сколько ему лет, где он родился, кто его родители или семья, живы ли они, мы знаем лишь, что последние двадцать пять лет он провел в тюрьме, а до этого около десяти лет жил в столице. Ходили слухи, что он прибыл откуда-то издалека, но доподлинно не известно, откуда, то ли из Тьмутаракани, то ли из Кудыкиных Гор… Он втерся в доверие к тогдашнему государю Царю Изяславу.

Сумел не только заработать огромное состояние, но и приобрести небывалое влияние на все государство и многие сферы его жизни. В том числе, страшно сказать, наше ведовское сообщество. Несколько лет кряду он даже принимал непосредственное участие в выпускных экзаменах из нашей Академии в качестве главы экзаменационной комиссии.

По залу прокатился возмущенно-ошарашенный гул, который, признаться, меня сильно озадачил. Ладно я, которой в принципе меньше лет, чем Кощей пребывал в заточении, но все остальное почтенное ведьмовское сообщество почему не знает этих подробностей? По идее, все ведьмы, кто старше сорока пяти-пятидесяти (а таких немало) должны быть в курсе событий, ибо были непосредственными участниками или как минимум современниками происходившего.

Тем временем Ирнелия продолжала:

36

- Как Кощей выглядит мы также не знаем, ибо преступник является мастером перевоплощений. Мы можем только показать наиболее часто используемые им личины, - зеркало зарябило, и я увидела обалденно красивого молодого мужчину с черными волосами, темно-карими глазами, аккуратной бородой и идеально вылепленным телосложением.

По залу снова прокатился гул, на этот раз хихикающе-фривольный, который, впрочем, крайне быстро стих под грозным взглядом Верховной.

- Это наиболее известный его образ, в котором он являлся ко двору и на все публичные мероприятия, однако же, вот еще несколько документально зафиксированных ипостасей, – в зеркале появился сухощавый мужчина лет шестидесяти с длинным носом и глубокими морщинами, одетый в дорогой черный костюм с плащом, он криво ухмылялся, а глаза, как острые огоньки просверливали пространство впереди.

Через несколько мгновений картинка изменилась, и перед нами предстал получеловек-полузмей: выше пояса это был совершенно лысый мужчина лет сорока, ниже пояса – толстый зеленовато-желтый удав. При виде извивающегося кольцами мощного гибкого тела в чешуйках меня пронзила дрожь.