Совесть Города

- Дар, зачем это тебе?

Зачем? Я и сам не мог полностью ответить на этот вопрос. Может, потому что теперь я стал чуть ближе к Дарку и Люцифэ? По силам я превосходил своих одногруппников и инстинктивно тянулся к этой парочке, которая тоже выделялась на фоне остальных. А может, я всё ещё мечтал увидеть ту, прежнюю Дарк, по которой инстинктивно скучал. В конце-концов, я ответил наполовину честно:

- Сам не знаю.

- Ты совсем отдалился от нас.

- Ещё в середине прошлого сиана, - криво усмехнулся я.

- Да, уже тогда и даже раньше.

Но ты же прекрасно знаешь, что нам всё равно, как ты выглядишь. Зачем тебе эти напыщенные тёмные?

- Они не напыщенные.

Глаза слипались, и я мечтал только о том, чтобы сей же миг отключиться: от учёбы, проблем, вопросов Дори и боли, уже который день почти непрестанно терзавшей тело.

- Ты перейдёшь на следующий курс, да?

- Не знаю ещё.

- Зачем тебе это всё? Зачем взваливать на себя дополнительную нагрузку и пытаться прыгать выше головы? Мы же видим, что тебе неимоверно сложно.

В стремлении угнаться за этой парочкой ты рискуешь потерять слишком многое.

Дори был прав и не прав одновременно. Всего я ему сказать не мог, но частью правды получится поделиться. Поэтому я признался:

- Я хочу победить Люцифэ.

Амореонэ утверждает, что победа над Дарком и Люцифэ поможет мне лучше познать себя и подняться на новый уровень.

- Мы завтра планируем собраться вечером, - вздохнул Дори, заранее предугадывая мой ответ.

- Постараюсь прийти, но ничего не гарантирую.

- Ну, естественно, - буркнул друг. - Райан извёлся весь. Приходишь чуть ли не посреди ночи, утыкаешься носом в подушку и тут же отключаешься. Что ты есть, что тебя нет - никакой разницы. На занятия ваша тройка приходит к самому началу, а после учёбы тебя никак не выловить. Куда делся тот жизнерадостный выдумщик, каким ты был ещё сиан назад?

Я перевернулся на спину и криво улыбнулся. Тот Дар умер, когда по глупости выпил зелье Гроссера. Или когда призвал Амореонэ и лишь чудом не растворился в просторах Мироздания.

Во всяком случае, прошлым мне уже не стать никогда. Ребята смирились с тем, что у меня есть второй облик, который в моменты сильных эмоций частично проступает наружу, но стараются вести себя, как и раньше. Но я-то знаю, что прошлое не вернуть. Я рассказал им многое, но не сказал главного: я больше не феникс. Возможно, мы все подсознательно обходили этот вопрос стороной, боясь ответа.