Игра окончена

Гориллоподобные, обвешанные оружием и удерживавшие в руках поводки, на которых сидели откормленные мураниды[1] – эти товарищи всем своим видом обещали неприятности.

– И кто же у нас тут такой хорошенький пожаловал? – раздался мужской голос откуда-то сбоку, когда Лисса с друзьями остановилась в десятке метров от кордона.

На дорогу вышел не менее пугающий мужчина, выглядевший чуть богаче своей свиты. Броня на нём была чуть лучше, да и секира, на которую упирался бандит, явно была не из дешёвых. И вот как раз таки топор и привлёк внимание Лиссы: уж слишком знакомая изящная вязь символов была на него нанесена.

Девушка подъехала к Гиву и, тронув его за локоть, молча указала на оружие главаря.

– Что, не хотите представиться? – тем временем продолжал разглагольствовать мужчина. – Какая невежливая нынче добыча пошла.

– Почему же? – ответил ему Гив. – Я мастер гильдии кузнецов, Гивен, и я прошу пропустить меня и мой отряд.

– Даже так? Просишь? Не приказываешь, не угрожаешь? – прищурившись, уточнил бандит, и Лисса поняла, что он не так прост, как рисуется.

– А что, если не пропустим?

– Тогда у меня не будет выбора, кроме как прорубить себе дорогу, – Гивен развёл руками, изобразив искренне сожаление.

– Так мы всегда можем договориться, – спокойно ответил ему бандит. – Отдашь нам своих барышень, а то мои ребята давно не бывали в городах и соскучились по женской ласке.

Лисса возмущённо вздохнула, Румия же подобралась, готовая нападать.

– Я друзьями не торгую! – зло бросил мастер, спешившись и достав меч из ножен.

– Жаль, – коротко бросил главарь и, подкинув и перехватив секиру поудобнее, бросился к Гивену.

Последующие события происходили крайне быстро. Сзади друзей уже подпёрло подкрепление из пятёрки бандитов, и Макс, выхватив фалькату, встал в оборонительную позицию, пытаясь вычислить, кто начнёт нападение первым.

Румия, вскинув руки, зажгла огненные сферы, готовясь запустить их в приближавшихся врагов. Одна Лисса продолжала сидеть на канге, не понимая, что ей делать.

Одно дело – отбиваться битой или ятаганом от местной живности, другое дело – биться с разумной формой жизни.

И вот Гивен скрестил меч с секирой главаря, нанося удар за ударом. Это в фильмах бои на мечах выглядят как красивые танцы, в жизни они жестоки и пахнут кровью и железом. Тройка амбалов впереди спустила с поводков своих «собачек», а магичка бросилась на помощь Максу, которого банального начали продавливать количеством нападающих.