Игра окончена

– Я иногда подозреваю её в чаровническом даре, да вот никак с поличным поймать не могу!

– Если всё так, как ты говоришь, то ей самое то в шпионы записываться! – проговорила Лисса. – Колола бы особо опасных преступников, подшивая им воротнички.

– Или язычки! – хохотнула Румия и потянула Аву к кангам. – Поехали, парни нас, наверное, уже заждались.

Девушки, подшучивая над шарахающимися от них прохожими, отправились к пересечению радиусной улицы, по которой они вошли в город, со следующей кольцевой дорожкой.

Как уточнила магичка, именно там и находилась искомая гостиница.

Не доезжая буквально пары метров до площади, где стояло здание «Везучего единорога», Лисса услышала тягучие звуки музыки. Как оказалось, гостиница совмещала ещё и функции таверны, и перед ней была оборудована открытая площадка для танцев. Вокруг стояли столики на высоких ножках, облокотившись на которые за кружащимися парами наблюдали местные обыватели.

Парней девушки обнаружили как раз таки у одного из таких столов.

Обсуждая что-то вполголоса, Гивен с Дамьеном не сразу заметили приближение подруг. А увидев, тихо присвистнули.

– И как теперь мне оставлять тебя одну? – притянув Лиссу за талию к себе и склонившись к её шее, проговорил мастер. – Придётся неусыпно охранять твою честь от покушения особо ретивых магов!

– Это ты так комплимент моему внешнему виду делаешь? – улыбаясь, уточнила девушка, отклонившись от Гивена. – Попытка не засчитана, но энтузиазм похвален! Вам удалось взять комнаты? И где наш неугомонный ловелас?

– Расслабься, Лисса, – ответил Дамьен, пододвинув к Румии тарелку с густым супом, в котором плавали аппетитные кусочки мяса.

– Номера сняты, Макс накормлен и выпущен на свободный «выпас». Сейчас вот ваших кангов пристрою – и на сегодня дела окончены. Одним словом, развлекайтесь!

С этими словами парень, прихватив верных зверюшек под уздцы, направился к пристройке рядом со зданием «Единорога». Румия уткнулась в тарелку, сосредоточенно жуя. Лисса же ела, с любопытством разглядывая обстановку вокруг.

Над площадкой кто-то подвесил в воздух оранжевые огоньки, и они парили между танцующими, колыхаясь в такт музыке. Барабан, флейта и скрипка рождали звуки, сплетающиеся в какую-то медитативную чувственность.

Пролетающие над площадью имейлы то и дело осыпали народ пыльцой, отчего воздух вокруг, казалось, сверкал разноцветными искрами. Картинка была столь волшебной, что Аве даже не верилось в реальность происходящего.