Там, на неведомых дорожках...

Я и сама не могла понять, как на все соглашалась, но у него было столько обаяния и умения убеждать, что я каждый раз попадала в новые неловкие ситуации, сама того не ведая...

И никто не знал его настоящего. И от меня пытался скрыть свое нутро, только знала я, что не злобный он вовсе, показушное это, чтоб в Кощеевой милости ходить да в опале не оказаться. И всегда то он злился на ласку мою, да отталкивал, когда заботу проявляла, но не обижалась я, понимала, такова суть его, характерный попался.

С каждым днём, привязывалась я к нему всё больше и больше, чахнуть без него начинала, будто привязаны мы были кровными узами.

Мы с детства находились вместе. Хоть, Даян и не отличался дружелюбием, но у меня никогда не было рядом с ним чувства одиночества. Он постоянно испытывал моё терпение, но я понимала его и принимала таким, какой он есть.

Одно время я начала ограничиваться общением только с ним, создавая свой особый язык, свой маленький мир. Есть мир, в котором живем мы, и есть другой, не связанный с нами, чуждый — мир остальных людей.

Несмотря на то, что сын Кощея сложный по характеру, я полностью растворилась в нём, да и он, хоть и не показывал виду, часто прислушивался ко мне, правда потом говорил, что идея принадлежит ему. Меня это ни капельки не смущало, наоборот, он казался мне смешным маленьким ребенком. Конечно, ему бы я в этом ни за что не призналась.

Он будто наделен особым даром — заслонил собой всех. Стал близким, душевно родным человеком. Я всегда ощущала его поддержку, мир не казался недружелюбным, недоступным и холодным.

И всегда готова была помогать ему во всем и поддерживать, даже, если мне от того проку никакого.

Вот и сейчас, вместо того, чтобы бежать домой, — слышала я, как маменькины ведьмочки разыскивали меня, — ждала Даяна, пока он слезет с дерева. Видите ли, он решил посмотреть за границу леса, потому и забрался так высоко, а мне велел смотреть, не идёт ли кто.

— Ну, что там? — Его долго не было слышно, словно исчез он. Посмотрела вверх, но, ничего не увидела.

— Даян! — Крикнула громче, и снова тишина. Что же делать?! Куда он пропал?! Или опять разыгрывает меня?! Только я хотела вскарабкаться на ветку, как слева на меня напрыгнул этот негодник. Я с перепугу покатилась с горки, собирая по дороге всё, что можно.

— Эй! Кудрявая! Ты жива? — Смеялся Дай, подбежав ко мне. — Выглядишь, как кикимора болотная! Чего ты испугалась, трусиха?

— И ничего я не испугалась, просто ты появился неожиданно. Я не видела, как ты спустился.