Сыны Бомжарая: Петрович

Натрелар долго смотрел на мучения своей жертвы, но вскоре ему надоело и, отпустившись на корты, он рассеял заклятие. Он еще долго сверлил своим взглядом глаза Петровича, словно смотря ему прямо в душу, от чего наш герой чуть не обделался.

— Тебе повезло, что кровавый принц уважает тех, кто сразу осознает всю величину нашей силы и не оказывает сопротивления. От его имени я оказываю тебе великую честь, — Отвратная зверюга потянула свою лапу к Петровичу.

Он, уже мысленно поняв и приняв всю неотвратимость происходящего, стал прощаться со своей жизнью.

— Просто пойми одну простую вещь, ты никому и никогда не был нужен, твоя жизнь — лишь пустой звук в бесконечной круговерти вселенной, — Натрелар поднял свой взгляд, но вновь опустил его. — А я дарую тебе даже твоему народу шанс исправить это, возвысься, стань одним из нас, служи Нат'рендару, и однажды ты станешь достоин нести волю наших владык от центра творения и до самых границ мироздания, прими же свою судьбу, брат.

Бес протянул ему руку, ожидая, что сломленный смертный примет его предложение, но в ответ Петрович лишь кинул на него презренный взгляд, а затем и вовсе посмотрел на него как на дебила.

— Не брат ты мне, гнида синежопая... — Гордо выкинул обессиленный Петрович.

— Очень, очень зря. Твой народ истреблен. Твои родная края испепелены. Твой клан удобряет землю, воспоминания о огненной мартышке были стерты со страниц истории.

Ты последний в своем роде, неужели ты е понимаешь этого? Я назвал тебя братом, ведомо ли тебе насколько огромная это честь? Я — твой последний шанс, я — твоя судьба, и я — твой путь к свершению возмездия. — Даже после этой пламенной речи Натрелар искуситель продолжал держать руку протянутой.

Туман окутал разум Петровича. Демон лишил его чувств, сделав его, как говорят в народе, овощем. Овощем без чувств, эмоций, целей, смысла. Именно в таком состоянии люди не ведают, что творят, именно в этом тумане они готовы согласиться на все, что угодно.

Вот и Петрович, уставившись пустыми глазами в никуда, медленно тянулся к Натрелару, он словно манил его к себе, словно он даже не открывая рот продолжал шептать бомжу о том, что у того ничего никогда не было и не будет, если тот не пойдет на сделку. Конец ли это? По законам жанра в последний момент, кто-то должен был вмешаться, так и случилось.