Ведьма в запаре. Часть 2

Посетители снова недоуменно посмотрели друг на друга. Я пояснила:

- Обычно, в домах, где поселился злыдень, начинают стремительно плодиться пауки и паутину свою плетут ускоренными темпами.

К моему сожалению и удивлению, и на это пара не смогла мне ответить ничего вразумительного, поэтому я пообещала, что в ближайшие дни навещу их гостеприимное жилище, чтобы убедиться в наличии или отсутствии Злыдней самолично.

Еще приходила девушка за Поисковичком – амулетом-безделушкой для поиска потерянных вещей, пара женщин за травяными сборами от болей в суставах да от запоров, несколько раз в кабинет пытался всунуть свою наглую морду Кот, но был изгнан, не смотря ни на крики о самоуправстве и превышении служебных полномочий, ни на жалобы о голоде и жажде.

Да, вот такая я бессердечная, вместо ублажения хитрой морды, работу работаю. А еще прибегал муж тети Маши и кружил меня на руках по комнате, чудом не задевая моими ногами и головой предметы меблировки – радовался девочке.

В итоге в дополнение к молоку я разжилась колечком кузнецовой работы, которое я смело могла бы использовать как кастет, отрезом махровой ткани для полотенец от супругов, страдающих от Злыдней, корзинкой ягод, вязанными носками и новыми рукавицами, очень актуальными в летнюю жару, и целым свежезарубленным петухом – подарком счастливого отца будущей дочки.

Предвкушая, что сейчас наконец-то поем, и держа в руках молоко, ягоды и тушку убиенного пернатого, я устало выползла на кухоньку и обалдела: у печи суетился Костя в моем фартуке и с моим же кухонным полотенцем, перекинутым через плечо.

В его руках на сковороде шкварчала жаренная с луком и грибами картошка, источая такой умопомрачительный аромат, что мои слюнные железы чуть не запищали от восторга, я даже удивилась, почему не учуяла запаха готовящейся еды ранее.

Также на столе стояла нарезанная ломтиками селедка, в отдельной маленькой, но глубокой тарелке сверкали алыми бочками маринованные помидорчики, а на чистой полотняной салфетке красовался свежий батон.

Мои питомцы тоже были тут как тут – один плотоядно поглядывал на рыбу, другой косил глазом на румяную горбушку хлеба, но оба, хвала моему воспитанию, даже не делали попыток до них дотянуться, ни лапами, ни когтями, ни клювами.

Костя, очень уверенно и ловко орудующий на моей кухне, будто на своей собственной, безошибочно достал из шкафчика тарелки, разложил в них золотистую картошку с грибами, расставил на столе.