Его любимая зараза

То есть глубоко и ровно дышать… Хотя хотелось срочно откусить кому-нибудь голову!

- Так, ладно, - все-таки выдернув свою конечность из железного захвата дроу, задала я самый главный вопрос. – Все это здорово и, Хан, спасибо тебе огромное. Но кто-нибудь мне скажет, зачем мне это понадобилось, и почему я ничего не помню?

- На твоей руке была метка, выжженная огнем Радахана, - темный эльф снизошел до объяснений, лишний раз убедив меня в том, что подсматривать и подслушивать – его любимая привычка. Иначе откуда ему все обо мне известно? – И ты хотела от нее избавиться.

- Радахан – друг Темного Князя, - добавил Архан. – Через него отыскать тебя было бы легко.

- Погодите, - не выдержав наплыв информации, я опустилась прямо на песок, обхватив щеки ладошками. – Половину из вашего рассказа я могу понять. И даже признать. Но что-то тут явно не клеится!

- Тебе это кажется, - пожал плечами Архан. – На самом деле все просто. У любой магии есть цена и, чем сильнее волшебство, тем она выше. Озеро Оран берет свою плату.

И оно, в обмен на лечение, забирает воспоминания как и о самой ране, так и о том, кто и при каких обстоятельствах ее нанес. Проблема заключалась лишь в том, что драконью метку нельзя убрать, пока она не активна, ее просто не видно даже для магии. Ты носила повязку с глиной два месяца, Лесёнок. И, кто такой Радахан, помнила еще два дня назад. А это значит…

- Что меня искали все это время, - осипшим голосом выдавила я. – И, не добившись результатов, решили воспользоваться банальной поисковой системой… Черт.

Похоже, как и когда-то, он снова пытался сделать всё правильно…

- Не грусти, - опустившись рядом на корточки, золотой дракон ободряюще погладил меня по плечу. – Тебя никто не выдаст. Верно, Аттанхэш?

- Как бы ни хотелось возразить, но Аарахарн прав в своих суждениях, - безразлично пожал плечами дроу, возвышающийся надо мной, как гранитная скала. – И дело даже не в службе Алантане. Каждый, кто просит убежище и защиту у народа Забытого леса, получит их сполна.

Никто не сможет силой увести тебя отсюда. Даже Великий Князь.

Я долго молчала, прежде чем ответить.

Скажу честно, для меня не стало открытием, что старший наследник знает почти всё обо мне. Обязанность у него такая, да и его природную подозрительность, за которую я его не любила, никто не отменял. У нас вообще с ним были странные отношения: он разумно мне не доверял, а меня бесило его отношение ко мне, как к маленькому ребенку.