Гроза пришла в Зелёные Холмы

Он даже боязливо дотронулся до меня пальцем, словно проверяя, не кажется ли ему, что я вежливо о чём-то попросила. Я повторила:

- Прошу тебя, Камал.

Бородач вздохнул, и, неумело маскируя подрагивающие в улыбке губы, заговорил:

- Это была моя шестая ночная смена подряд. За неделю до похищения, ограбили владельца Главного Базара, что находится в Нейтральных Землях, поэтому, охрана Мар-Риёля была усилена, все стояли, буквально, на ушах. Неслыханная дерзость, ведь Геррион Тай позиционирует Холмы как самый безопасный и свободный от преступников край и тут такое…просто одно за другим…

Камал покачал головой и, шумно выдохнув, продолжил рассказ:

- За любую информацию о злоумышленниках была обещана приличная награда.

И только ленивый не притащился в здание городской администрации, что находится недалеко от резиденции правящего клана, и не рассказал «вот стопроцентно точную, правдивую информацию…а можно мне награду заранее?» А мы обязаны были всё это проверять – каждый донос, каждое слово. Ты даже не представляешь, как я устал.

Мне очень хотелось дать бородачу пинка, дабы он опустил массу ненужных подробностей и перешёл сразу к делу. Но обидеть ранимую душу, заключённую в суровое тело, я не посмела.

- …и вот иду я, не спавший почти неделю, за мной плетётся уставший отряд, - через пятнадцать минут душевных терзаний, поведал Камал, - и слышим неподалёку жалобный крик. Ну, думаю, это…грабители, а может девицу решили обидеть…усталость будто рукой сняло.

И я побежал…то есть, мы побежали…то есть, наш отряд.

- То есть, я поняла, - не выдержала я внезапного косноязычия Камала. – Дальше, лохматый.

- Вижу – прямо перед нами из подворотни выходят несколько фигур, одетых в чёрное, причём, не торопясь. А ещё двое тащат что-то продолговатое. Я смог подкрасться поближе и с ужасом увидел, что это не мешок у них в руках, а ноги! Причём, на ногах сапоги Нариана Тая.

- Они что, особенные? – удивилась я. – И как ты смог разглядеть это в ночной темноте?

- Ярко светила луна, - пояснил Камал. Увлекшись рассказом, он уже не смотрел на меня с привычным презрением. Глаза начальника стражи блестели в свете гаснущих фонарей, и он возбуждённо продолжил своё повествование, - у Нариана на сапогах вставки блестят даже по ночам, наверное, он смазывает их каким-то составом. Ладно, не суть.