Изабель и призрачное счастье 2

И поди знай, мерещится мне это или данный подвид умеет ржать над хозяевам не хуже лошади?

– Еще разок! – грозно объявила я и прочла, как учили в школе: с чувством, с толком, с расстановкой. Уже приготовившись бежать от очередной напасти, я замерла. Ничего не случилось. Вот совсем. Ни колеса, ни жернова, ни дырки от бублика не появилось. – Странно, – я потрясла букврик, будто это его вина в моей неуклюжести. – Может, у меня заряд магии кончился? Есть тут такое, чтоб манна иссякала, как в играх? – и опять мне никто не ответил, разве что тоскуля как–то чудаковато себя повел.

Прижавшись к донышку клетки, он зажмурился и протяжно взвыл. Так гаденько, как комар среди ночи.

– Ты чего? – удивилась я, и тут замок тряхнуло. Вначале чуть-чуть, затем посильнее и наконец так, что я едва удержалась на ногах. Все склянки-банки с моего стола посыпались на пол. Кровать со стонами сдвинулась в сторону, с потолка посыпалась крошка и штукатурка.

Я кинулась к двери, но новый толчок заставил меня вцепиться в прикроватный столбик.

Я лишь успела увидеть, как мое отражением с перекошенным от страха лицом сбегает прочь из зеркала, попутно прихватив с собой расческу и флакон с фиолетовой жижей. Мне очень хотелось погрозить зеркалу кулаком, но замок не хуже девочки–зажигалочки, отплясывающей тарантеллу, выбивал дурные мысли.

– Мамочки! – только и смогла выдавить из себя я, когда в комнату ворвалась Чи.

– Вы живы!? – выдохнуло чудо мохнатое, хлопая глазищами. В ее голосе одновременно звучал и испуг, и удивление.

Даже не знаю, чего больше.

– Как видишь,– огрызнулась я.– Что происходит?

Домохозяйка, стараясь заглушить голосом грохот, нарастающий вокруг замка, крикнула:

– Горы растут!

Глава 6

Глава 6

– Как это растут? Куда растут? – опешила я.

– Ввысь и быстро. Взяли замок в кольцо и тянутся вверх. Еще немного, и мы окажемся замурованными в камень! – взвыла чудушка, тараща глаза.

Я молча сглотнула вставший в горле ком. Затем шумно хлюпнула носом и на дрожащих ногах кинулась к окну. В комнате, тем временем, становилось все темнее, точно на замок обрушилась буря или ночь резко распластала свои крылья по небосводу.

Замок продолжало трясти, будто великан игрался с погремушкой. Тоскуля заунывно выла на одной ноте. Чи подвывала ей в унисон, скребя от невыносимости пол. К слову сказать, на каменных плитах оставались заметные даже в потемках борозды. Ничего себе маникюр!

Кое-как добравшись до подоконника, я толкнула створки и почти по пояс высунулась наружу.