Изабель и призрачное счастье 2

А потом, подмигнув, шепнула:

– Мы везде! – после чего растворилась, оставив меня наедине с поданными и праздником. Ну что же, где там сладкая кукуруза, воздушные шары? Я иду туда!

Что я могу сказать? В таком костюме, как у меня, блуждать среди множества людей – одно мучение. Юбка то и дело цеплялась за горожан и выставленные на продажу предметы из замка. Каблучки оскальзывались на камешках и чужих ногах. Прическа раскачивалась так, что я опасалась за жизни рядом проходящих. Правда имелся плюс: когда люди замечали, что толкнули меня, а не соседа по деревне, они тут же отскакивали в сторону, тем самым уступая мне немножечко пространства.

Вот так я и гуляла то зажатая между покупателей, то свободная в своей зоне отчуждения.

– Мама, глянь какая лошадка! – вопил мальчуган в залатанных штанцах, – Мам, купи!

– Нет! – шипела женщина с изможденным от работы лицом. – Мы тут только поглядеть, и так, считай, радость.

– Мам, но тетя ведьма сказала, что вещи для всех, – не сдавался ребенок.

– Тетя ведьма, поди, смотрит как нищеброды последние копейки за ее хлам отдают да со смеху покатывается, экую штуку придумала «распродажа»!

Мальчик, заметивший меня раньше матери, прищурился и, оглядев меня сверху донизу, заявил:

– Ничего она не хохочет.

Нормально стоит.

– Тебе-то почем знать? – одернула мать сына.

– Так вот же она, у тебя за спиной, – ребятёнок ткнул пальцем в меня, и женщина, обернувшись, посерела лицом.

– Простите, – зашептала она, – я не хотела, я не знала, я…

Видимо ожидая страшной кары, она шлепнулась передо мной на колени и потянула за собой сына, мол кланяйся тетке, авось простит.

Мне стало противно. Не от людей, а от самой себя. От праздника и всего этого великолепия, которое для людей казалось издевательством.

– Прекратите, – шикнула я на женщину, но та только сильнее пригнулась к земле, видимо не веря своим ушам. – Да встаньте вы уже! – потребовала я, и снова тщетно. А меж тем вокруг нас уже образовалась пустота. Люди таращились на происходящее, ожидая зрелища. Чего Ведьма выкинет? Может заколдует бабу или ребятенка пожрет на глазах страдающей матери? Не сцена, а сказка!

Откуда-то из задних рядов прилетело гнилое яблоко и шмякнулось в пыль подле селянки.

– Кто бросил, – рыкнула я, – у того рука отсохнет!

Невидимый каратель взвыл и, судя по недовольному вскрику, бросился прочь от замка. Правильно, пусть боится. Я же тем временем подошла к лотку, взяла обычную деревянную лошадку с облезлой гривой и хвостом-мочалкой и подала ее мальчугану.