Изабель и призрачное счастье 2

– А вы, вот она, тута шепчетесь, – он вдруг хитро прищурился и погрозил мне пальцем, – чую, чую, – заговорщицки произнес он, – затеваете чтой–то этакое, только вам меня не провести, ибо я вас насквозь вижу! – с этими словами бородач качнулся вперед, и я отчетливо услышала, как в его надутом животе плещется квас из бездонной бочки. Это ж сколько он выпил, что ему в голову дало? Или, может, у гномов просто нестандартная реакция на него, как у домохозяек на магию? Додумать мысль я не успела, поскольку Дурий достал из-за пазухи смятый лист, на поверку оказавшийся сметой, и, уткнувшись в него носом, забубнил: – Окромя трех полцарств за икпотеку, вы, значится, мне должны за камень гранитный – по мешку золотых за телегу, камень отделочный – пять мешков золота за телегу, камень полудрагоценный, для излишеств – десять мешков золота за бочку.

Окромя этого…

– Вы простите, конечно, – зашептала мне на ухо Чезара, – только этот гном вас дурит.

У него совершенно грабительские расценки!

– А ну стоп! – крикнула я, выхватывая из рук бородача записульку с цифрами. – Это что ж вы мне, уважаемый, насчитали? Это по какому грабительскому тарифу-то выбрано?

– Да что вы понимаете?! – насупился гном. – Это я вам еще, считай, по-братски отдаю, а так-то оно о-го-го.

– Да какое «о-го-го»?! – Чезара вышла вперед и, осторожно взяв у меня лист, почти уткнулась носом в столбики цифр, написанных кривым гномьем почерком.

– Вот вы тут пишете «песок для раствора – мешок золота за телегу», да он у ближайшей реки даром лежит! А камень? Вы его из Атландии везти собрались? Ему на местном руднике красная цена – мешок за десять телег!

– Да кто ты такая, чтоб со мной спорить? – возмутился гном. – Я тебя, пигалица, впервые вижу, а ты…

– А она – моя жена, – злорадно сообщила я Дурию, – так что имеет полное право принимать все решения по ремонту так же, как и я.

– Кто-кто? – опешил гном. – Жена?

Я кивнула и для пущей важности приобняла Чезару за плечи. Та ласково улыбнулась мне и подмигнула. Кажется, мы прекрасно понимали друг друга.

– Тьфу ты, чудь-то какая! – скривился гном. – все-то у вас, ведьм, не по-людски, не по обычаем предков.

– Уж извини. Наши предки именно это нам и завещали, или ты смеешь их оскорблять? – я чуть повысила голос, и гном затряс бородой.