Нянька для злодеев

Комнату наполнил ни с чем несравнимый запах, проникающий глубоко в легкие, расслабляя и даря лёгкость. Даже у целителя мысли заволокло тягучей пустотой, а Марику и вовсе сморило. Откинув голову, она прикрыла глаза.

Задержав взгляд на расслабленных чертах лица своей ученицы, Антонин смочил пальцы в банке с водой и осторожно провел по ее лбу и щекам. Она не шевельнулась. Значит, можно начинать.

Сжав девичью ладонь, целитель сосредоточился на танцевавшем пламени, отражающем кадры, что увидела Марика в голове одного из пациентов.

Конец интерлюдии.

3.3

— То, что у тебя особый магический дар, я уже поняла. Но зачем нужно было практиковаться на мне? Знаешь ли, не каждый встречный на твоем пути подопытная крыса!

В столовой практически не было народа. Без какого-либо промедления взяв с раздачи порции, они уселись за самый дальний столик. Никто из большой компании по соседству не обратил на них внимания. А вот две девушки, буквально присосались взглядами к их парочке.

Лора, пытаясь не обращать ни на кого внимания, отстраненно ковыряла вилкой недоеденное пюре с остатками котлеты.

На ее подносе стояла уже опустевшая тарелка из-под супа и чашка остывшего какао. Рассказанное Геральдом девушку не сильно успокоило. Она все еще недоумевала, зачем согласилась на этот странный обед и продолжает слушать бредни старшекурсника. Несмотря на то, что выглядел он очень серьезным, разговор казался жутко фальшивым. Словно сидящий напротив человек жестоко глумился над ней и старался разыграть.

Ну разве можно так с ходу поверить, что сказочный мир, куда прибыла только вчера, вот-вот охватит настоящая война? Что существуют какие-то аномальники, калечащие людей направо и налево, а ее папочка не просто затащил дочку в это вот всё, но и сам является не последней фигурой на шахматной доске.

Какой бред! Ее папа — губернатор сорвавшейся с катушек страны Оз?

— Признаюсь… Тебя я хотел использовать в корыстных целях.

Лорелия вскинула возмущенный взгляд.

— Но ведь не подействовало! — быстро продолжил он.

— Так что, скорее всего, ты одна из нас. Бракованная.

— Ты бы поосторожней, у меня в руке холодное оружие.

— Это ты о вилке, что ли? — он иронично вздернул бровью.

— Один удар — четыре отверстия. Особого вреда не причинит, но вот в глаз войдет, аки в масло.

— Да ладно тебе, — Гера нервно поелозил, откладывая ложку в недоеденный борщ, — мне просто нужно закончить академию без особых проблем. Но вот засада: я в черном списке у ректора. Одна провинность и всё.