Нянька для злодеев

Они словно те одуванчики или настырные плющи пролезали даже сквозь самый крепкий камень запретов и наказаний.

Сегодня же с самого утра привычная система дала сбой. Мало того, что вешать на почетный стенд было некого, так еще и вместо первой пары поставили никому ненужное собрание со старостами. На последнем этаже самой высокой башни, в просторной аудитории с застекленным потолком собралось двадцать восемь человек — полный состав скандального факультета. Кто-то тихонько переговаривался, кто-то, прикрыв лица раскрытыми учебниками, досматривал прерванные сны, но большая часть развалились на стульях и, позёвывая, недовольно друг на друга зыркали.

— За кого они вообще нас тут держат? — возмутился белобрысый худощавый паренёк с беспокойными водянистыми глазами. Он был новичком в замке, но уже успел проесть плеши «старичкам» частыми вопросами и постоянным недовольством. — Поселили на отшибе в заброшенном крыле, выдали огроменный список запретов, да еще и надзирателя приставить собираются? Если б только мой отец узнал.

..

— Ой, уймись уже! — гаркнул с противоположного края стола Геральд Холд. — Принимают нас за опасных колдунов и правильно делают. А твой дрожащий папочка, скорее всего ныкается, удирая перебежками от Ловчих, да Патрульщиков. Иначе, какого Лешего тут делает твоя задница?

Первокурсник распахнул рот для ответа, но его опередили коротким смешком:

— Да брось, Шептун, не все тут ищут укрытия. Тебе, конечно, сложно сопоставить академию с учёбой, но большинство здесь именно для этого и собрались.

— Скорее всего будут представлять старост для первачей, — встрял кто-то третий. — И по группам распределят. Больше нет причин для подобных сборов. Пока что.

Железная узорчатая дверь с грохотом распахнулась и все назревающие конфликты разом отсек стремительный шаг мрачного седого мужчины в белой, наглухо застегнутой мантии. Он был не стар и не молод, внешность его казалось подернутой колдовской дымкой: лицо без единой морщинки, длинные волосы, черные провалы глаз, надменный изгиб губ.

Человек с весьма скверным характером и не менее отвратительным Даром — некромантией. Подобных колдунов практически не встретить, потому и считалась эта сторона магии аномальным отклонением. Его пригласили на место декана два года назад, после «побега» Алана Селвина.

Следом торопились двое с эмблемами основного факультета, вышитыми слева на мантии: розовощекая «пышечка» с длинной косичкой и очень высокий, сгорбившийся юноша, сосредоточенный и бледный.