Дарующий силу

— Я сделаю из тебя Пака Джобса, а нашу компанию назовём…

Он огляделся и поднял с пола надкусанный с трёх сторон, слегка обвисший огурец и сунул его под нос толстяку:

— Кукумбер!

Глава 17

Пак слушал Грина затаив дыхание и не веря, что подобное может сотворить обычный человек, хоть и маг. Уже три часа белобрысый возбуждённо ходил по комнатке и на повышенных тонах рассказывал о невероятном будущем и что он, то бишь Пак, войдёт в историю, как отец новой эпохи.

Толстяк настолько загорелся этой идеей, что уже притоптывал на месте от нетерпения и рвался бой.

— Да! — Пак вскочил со стула и пламенным взором уставился на Грина, положив руки на его плечи. — Сделаем это! Давай схемы.

— Какие схемы? — опешил Здец. — С меня идея, а с тебя техническое исполнение.

— Погоди, — толстяка аж перекосило от снизошедшего откровения, — да ты же сам не знаешь как это реализовать!

— Чёй-та?! Я же тебе говорю – сперва заинтересуем самых влиятельных и они будут нас рекламировать!

— Да я про устройство, идиот! — не выдержав заорал Пак в лицо тощего, понимая что всё это оказалось не более чем безумно красивой сказкой.

— А нахрена бы мне тогда нужен ты?! — резонно удивился Грин. — Я вдохновляю и финансирую, а ты исполняешь!

— Да я даже близко не знаю как это сделать! — прорычал Пак, но тут же махнул рукой и устало опустился на стул: — Забудь, это невозможно, а разговоров то было…

Внезапно Грин подшагнул к толстяку, крепко схватил за кудри и запрокинул его голову назад, приблизив лицо и жутко, утробно прорычав:

— Жирный гандон, ты решил, что быть первым просто и достаточно минимальных усилий?! Возможно мне стоит просто убить тебя и поискать более уверенного в себе партнёра?

— Может тебе поцеловать меня в жопу и показать пример перекрёстного взаимодействия переговорников? — вырвавшись из хватки огрызнулся Пак, взбешённый вдохновенной речью тощего, на деле оказавшейся плодом больной фантазии.

— Ну смотри, свинина! — зло рявкнул белобрысый и, оттолкнув Пака, схватил бумагу и карандаш.

Едва он начал чертить, как толстяк, пренебрежительно наблюдавший за его действиями, замер с открытым ртом, поскольку в первом же штрихе плескалось такое количество энергии, что было удивительно как обычная бумага держит такое.