Нейтрально-враждебный. Книга вторая: Враг врагов

У того глаза полезли на лоб.

- Лошадей накорми, - произнесла женщина. - Завтра утром повозка должна стоять во дворе запряженная и готовая в дорогу. Все понял?

- Понял! Понял! - радостно закивал слуга, решивший, что поутру, возможно, получит еще один золотой.

Женщина оставила его, подошла к повозке и несколько раз ударила ладонью по тенту. Вслед за этим из кузова появилась еще одна фигура, точно так же закутанная в черный плащ с капюшоном. Она безмолвно прошла мимо согнутого в поклоне слуги, и вместе с женщиной направилась к дверям заведения.

Когда двое незнакомцев в черных одеяниях вошли внутрь, все разговоры в зале мгновенно смолкли. Более того, кое-кому даже показалось, что пламя свечей испуганно прижалось к фитилям, и на какой-то миг в помещении сгустился мрак. Один из гостей, тот, что был ниже ростом, сбросил с головы капюшон. Под ним оказалось болезненно-бледное лицо молодой женщины, на котором ярче всего выделялись большие, горящие каким-то безумным блеском, глаза. Второй гость, напротив, опустил голову ниже, полностью скрыв краем капюшона свою физиономию.

Говорила только женщина, ее спутник помалкивал. Гости потребовали самый лучший номер, и вслед за слугой сразу же поднялись в него, не заказав ни ужин, ни иных услуг. Эльма проводила эту парочку скучающим взглядом, и с горечью подумала о том, что этой ночью она, похоже, не заработает ни гроша. Этаким манером нескоро она сумеет оплатить свой проезд до столицы.

Примерно через четверть часа бледная женщина вновь появилась в зале.

Появилась одна. Ее спутник, вероятно, остался в номере. Гостья избавилась от своего плаща, сменив его на траурно-черное платье с высоким воротником. Она заказала себе ужин из куска холодной говядины, которую умяла довольно проворно, не прикоснувшись ни к хлебу, ни к соли. Затем поднялась из-за стола, и направилась к группе скучающих без дела проституток. Те, заметив ее приближение, оживились.

Женщина остановилась напротив них, оценивающе изучая ассортимент. Она с интересом посмотрела на самую юную из них, пятнадцатилетнюю девицу, лишь два месяца как начавшую карьеру.

Затем ее взгляд скользнул на Эльму, и задержался на ней. Наконец, женщина указала на Эльму пальчиком, и произнесла:

- Ты!

Голос у этой бледнолицей особы был неприятный, какой-то тягучий и мрачный. Но перспектива неожиданного заработка так обрадовала Эльму, что она забыла думать обо всем и тут же поднялась со своего места.

- К вашим услугам, - произнесла она.