Огонек. В поисках артефакта

Сталкивался я с таким, но при этом в общий транс впадало всего трое.

– В бою?

– Да. Боевой транс практикуют монахи Ши-киото. Учатся этому долго и еще дольше настраивают команды. Но остановить их практически невозможно. Если такое умение применяет группа, то все в ней действуют как единое существо. Боевой транс не дает проявляться усталости и боли, ускоряет движения и обостряет чувства. Не удивительно, что гоблинов победить так и не смогли.

Голоса приходили и уходили, практически не затрагивая сознание. Она начала дремать, когда раздалось тихое пение Миа.

В нем не было слов, одна тихая мелодия. И ее наконец-то отпустило это странное состояние, и дремота перешла в спокойный сон.

На рассвете их выпроводили, щедро наполнив заплечные сумки. Рассел довольно рассматривал кольца с крупными камнями, украсившими его пальцы – по видимому, обещанный визит в сокровищницу прошел для него вполне благоприятно. Таллен поглядывал на него с какой-то странной злостью, Ривер чему-то улыбался, а Миа оставалась невозмутимой.

– Нам надо определиться с дальнейшим направлением. Пустыня, слава всем богам, позади, но и Нагорье имеет немало опасных мест. – Рассел остановился, задумчиво изучая окрестности. Таллен прошипел под нос что-то невнятное. – Есть предложения?

Огонек на мгновенье показалось, что Таллен бросится в драку, но Ривер просто придержал его за плечо:

– Угомонись.

Авантюрист изучал его, чуть прищурив глаза.

– Чем это я вдруг стал тебя столь сильно раздражать?

– Гоблинша почти ребенок.

Ты заморочил ей голову, забрал ее драгоценности…

– Таллен! – Ривер вмешался, пока мужчины мерили друг друга взглядами. – Очнись! Ни законы людей, ни законы гоблинов не признают межрасового брака! И если этот брак признали гоблины, пусть даже частично, то есть только один вариант!

Таллен задумался, потом кивнул и отвернулся. Огонек не выдержала;

– Я не понимаю, что происходит.

Ривер вздохнул:

– Речь идет о благословении богов. Только в том случае, если перед алтарем Рассел искренне поклялся заботится о Миа, а она – его слушаться, боги могут благословить…– он ненадолго задумался, – такой союз.

С нашей точки зрения, это больше похоже на опекунство. И не налагает других обязательств.

– Но возникает вопрос, почему они так стремились избавится от Миа, что пошли на это. – Таллен снова мерил Рассела взглядом. – Уверен, ты знаешь, о чем речь.

– И уверен, что это тебя не касается.