Первая сваха Империи

- Неделя, лоринара Мариса, у вас осталась неделя, - мрачно сверкнул глазами тролль и повернулся к своей ненаглядной дочурке. – Пойдем, Лариссандра. Здесь нам нечего делать.

Это точно. И чем быстрее вы, дорн Торвонсонн, уйдете, тем лучше будет для моей психики, и так уже измотанной внеплановым общением с вами.

Проводив дорогих во всех планах гостей, я закрыла входную дверь и устало привалилась к стене. Вот же… Что ж так не везет последнее время… Хоть на сглаз или порчу иди проверяйся. Верила бы я в эту чушь, обязательно сходила бы, причем выбрала бы ведьму поименитей, чтобы уж точно с гарантией…

По паркету холла застучали коготки.

- Есть хочу, - послышалось требовательное снизу.

- Я тебя час назад кормила, оглоед ты этакий, - привычно открестилась я.

- Я – растущий организм! Мне нужно питаться часто и много!

- Слушай, Шарик…

В ответ – шипение:

- Я – Шарикаранс!

- Я и говорю, - кивнула я, - Шарик. Не наглей. Ты столько ешь, что скоро в дверь пролазить перестанешь.

- Укушу.

- Голодным останешься, - я взглянула вниз.

Серый британец, толстый, наглый, пушистый, смотрел на меня, как бабки на лавочке – на молодежь.

- Не ценишь ты меня, Маринка, - увидев, что одна тактика не помогает, он перешел к другой. – Кто еще в этом дурацком мире тебе поможет, плечо подставит?

- Скажи уж пузо, а не плечо, чтобы гладила, - фыркнула я. – Шарик, ты ел час назад. Точка.

- А сливки?!

- А сливки получишь, когда мышей в подполе изведешь.

- Я разумное существо! – возмутился Шарик.

- Мне не пристало питаться мышами!

Ответить я не успела: в дверь постучали.

«Если это очередной недовольный клиент, точно Шарика натравлю», - решила я про себя, открывая дверь.

На пороге оказалась гномка. Такая неравноценная замена меня не особо обрадовала. Гномы по праву считались самой прижимистой расой Империи. А конкретно та представительница своего племени, что перегораживала выход на улицу, могла называться эталоном жадности. И мне оставалось только благодарить всех по очереди местных богов, что она являлась не клиенткой, а моей экономкой.

Низенькая, плотная, не сказать чтобы толстая, с небольшими пушистыми усиками, пробивавшимися над верхней губой, внимательным цепким взглядом голубых глаз, густой черной шевелюрой и практически всегда поджатыми губами, она могла напугать своим появлением любого банкира.

Лоринару Арианну лорк[3] Гарнисон прекрасно знали и в этом районе, и, наверное, во всем городе.