Не игра в кино

Гестапо ищет женщину с ребенком, им не придет в голову, что вы смогли раздобыть еще одного.

Выбирайтесь из подвала, как только я махну рукой, двигайтесь, как мы с вами договорились, я постараюсь их немного отвлечь.

-А как же вы, Гельмут?

-Мы обязательно встретимся в том месте, куда вас привезут. Возможно один я доберусь туда даже быстрее вас.

И, стоя в освещенном дверном проеме, обернувшись в последний раз, произнес по-русски:

-Катя, не Гельмут… Олег.

И краем глаза увидев расширившиеся глаза радистки, сделал шаг к смерти.

Я все-таки его сделал, этот первый, самый сложный шаг при выходе из подвала, шаг в небытие, шаг к самопожертвованию ради, по сути, чужих мне людей.

Страшно, сука, но второй шаг дался немного легче, третий совсем хорошо, а по всему телу потекла волна уверенности и спокойствия.

Выйдя на улицу, сделал несколько шагов вперед, закрывая собой обзор автомобилю немецкой тайной полиции, поднял руку, замечая, даже скорее, чувствуя ветерок от того, что некто прошмыгнул за моей спиной на соседнюю улицу.

Ну и хорошо, ну и замечательно. Все, наверное. Пора прощаться. И все же, как страшно, ведь я первый раз умираю сознательно. В прошлом было не так, от меня там мало что зависело, сейчас же это обдуманный, хоть и безрассудный шаг.

Первая пуля, не угодила в руку, как в песне «Биография», группы «Кровосток», она сразу же угодила мне в печень. Как же больно то… Но я еще жив. Почему-то я был уверен, что пуль будет несколько, и это отлично вписывалось в мой план по затягиванию времени, так необходимого сейчас Екатерине и детям.

-За Ксению, только и подумал я, зажимая рану на правом боку.

-За Сашку с Верошей, проговорил, разглядывая глаза Бога на своей груди и уже, проваливаясь в черноту зрачка образа моей последней любви на этом свете, одновременно получая украшение в виде пули между глаз, прошептал:

-И ты, Ириша, прости…

Тишина.

Книга четвертая.

Книга четвертая. Божественная.

Теплый ветерок щекотал лысую голову, ноги приятно омывала прибрежная пена, а где-то совсем недалеко явственно слышался шум прибоя.

И уверенность, что сейчас все будет как надо… КАК надо я еще не очень понимал, но чувство спокойствия переполняло.

Открывая глаза, в этот раз, совершенно не ожидал никакого подвоха, вот была у меня такая уверенность...

Сижу на пляже. В своем собственном исхудавшем теле.