Женихи для герцогини

Открыв глаза, Вика удивленно уставилась на высокого, толстого, небритого мужчину в соломенной шляпе и рабочем костюме «под джинс» серого цвета, хмуро, в упор разглядывавшего ее.

         - О! Проснулась. Ты кто такая, девка, будешь? Откель появилась? – Тряски больше не было. Наоборот, девушку поставили на ноги и чуть придерживали под спину, не давая упасть. Что происходит? Где она? И почему одна? Куда подевались родители? Хотя… Что там мать говорила, прежде чем Вика отключилась? «Хорошо тебе отдохнуть, милая?» Это что, отдых такой?

         - Эй, ты мне слышишь? Чья ты, спрашиваю? Зовут как?

         - Вика… Виктория… Чья… Не знаю, своя собственная…

         Что она несет…

         Ее собеседник ухмыльнулся:

         - Лет-то тебе сколько, своя собственная?

         - Двадцать…

         Недоверчивое хмыканье.

         - Что-то ты заливаешь, Вика-Виктория. В твои годы девки по лесу сами не шастают, приключений себе не ищут. Как тебя мамка твоя сюда отпустила-то?

         - Понятия не имею, - честно ответила все еще немного оглушенная всем случившимся девушка. - Вот у нее и спросите.

         - Да и спрошу. Величать-то ее как?

         - Ада. А отца – Константин.

         Что? Что она не так сказала? Мужчина вздрогнул и шарахнулся от нее, словно от зачумленной, Вика, лишившись единственной поддержки, чуть не упала туда же, откуда ее только что подняли, и с изумлением наблюдала, как меняется цвет на лице у ее «спасителя»: от здорового розового оттенка резко переходит в ярко-голубой, если не синий.

         - П-п-простите, г-госпожа… Я… Не думал даже… Что… Вас здесь встречу… Прошу… Пройдемте…

         Смотрит, как на садиста-палача. Да и речь мгновенно изменилась. Согнулся в вежливом поклоне, левую руку к груди прижал, правую аккуратно выставил вперед и как будто направление указывает.