Капитул Дюны

Странно, подумала Ребекка, но он умеет создать такое впечатление, словно эти погромы были только вчера и он видел их своими глазами. Ничего не прощать и ничего не забывать. Лидиш был вчера. Какую силу имело это воспоминание в сердцах сынов Тайного Израиля! Погром! Это понятие так же долговечно, как и учение Бене Гессерит, которое она носит в своем сознании. Всегда. Это и было тем, чему всегда сопротивлялся Раввин, сказала себе Ребекка.

– Боюсь, что ты отложилась от нас, – сказал Раввин. – Что я тебе сделал? Что я сделал? И все во имя чести.

Он взглянул на оборудование, расположенное в кабинете. Аппаратура сигнализировала о работе ветряных двигателей, которые давали энергию для утренних нужд, которую можно было запасать с помощью машин, подаренных Общиной Сестер. Свобода от Икса. Независимость. Какое это все же особенное слово.

Не глядя на Ребекку, он продолжал:

– Я нахожу этот предмет – Чужую Память – очень трудным. Память должна нести с собой мудрость, но она не делает этого.

Он повернул голову и посмотрел на женщину. Тень упала на его лицо.

– Кто этот человек внутри тебя, о котором ты говоришь? Тот, о ком ты думаешь, что это Луцилла?

Ребекка видела, что Раввину доставляет удовольствие произносить это имя. Если Луцилла могла говорить посредством дочери Тайного Израиля, то, значит, ее еще не предали и она еще жива.

Опустив глаза, Ребекка заговорила:

– Она утверждает, что это внутренние образы, звуки и ощущения, которые являются по требованию или вторгаются в сознание по необходимости.

– Да, вот именно, по необходимости! Но что это, как не сигналы чувств, идущие от плоти, которая, возможно, была там, где ты не должна была быть и делала непотребные вещи?

Другие люди, Другая Память, подумала Ребекка. Испытав это, она понимала, что никогда по доброй воле не откажется от такого дара. Наверное, я и правда стала Сестрой Бене Гессерит.

– Вот что я тебе скажу, – заговорил после недолгого молчания Раввин. – Это жестокое рассечение живого сознания, как они это называют, все это ничто, до тех пор, пока ты не поймешь, как принимать решения, нити которых связывают тебя с чужими жизнями.

– Видеть отражения собственных поступков в реакциях других людей, именно так расценивают Сестры свой дар.

– Это мудрость.