В переплете Книги Знаний

- Да как же ты не понимаешь, Гаузен?! – возмутилась Галатея. - Ведь любовь к принцу - это единственное, что согревает сердце Салочки в ее нелегкой жизни. Именно тогда она всеми силами возжелала исцелиться. А больше у нее нет причин, чтобы вылечить свои ноги! Каким чудовищем я стану, если разрушу ее мечту, заявив, что это невозможно! Да я и сама поверила и прониклась ее мечтой. Несмотря на тяжкий недуг, она много трудится. Она шьет одежду для моей лавки и никогда ничего не просит взамен. Салочка – это единственный близкий для меня человек.

Я просто обязана помочь ей! А если же принц не выберет ее… Она будет страдать гораздо меньше, если она хотя бы просто прибудет на церемонию. Если же она никогда не побывает там, то будет жалеть всю жизнь!

Если еще недавно Гаузен размышлял, какую он получит награду, если провернет это дельце, несмотря на кажущуюся неосуществимость, то теперь в его голове возник другой вопрос:

- Послушай, тетя Галатея, неужели ты только сейчас решилась искать лекарство для своей племянницы? 

- Что ты, что ты! – возмутилась лавочница.

- Я ищу его с самого рождения Салочки! Спрашиваю любого, кто, как мне кажется, способен помочь в этом деле. И на каких только шарлатанов мне пришлось растратиться! – зазвучали расчетливые нотки в голосе торговки. 

Но намечавшийся было рассказ о незадачливых целителях неожиданно прервал стук в дверь. 

- Должно быть, жена послала капитана за тканью! - встревожилась тетушка Галатея. 

Гаузен как можно тише устремился к люку, но тетушка шепотом предупредила: 

- Нет времени туда лезть, будет слышно, как хлопнет крышка.

 

Гаузен сразу же сообразил спрятаться за прилавок. Галатея схватила нужный кусок ткани и спешно отодвинула засов, но на пороге стояла вовсе не стража.   

- Дорогая моя, а ты здесь какими судьбами? – донесся до юноши изумленный возглас торговки.

- Ох, не спрашивай, тетушка Галатея, - произнес чуть сиплый от усталости, но все еще знакомый голос. – Я и так ненадолго – мне скоро на корабль в Альдорию.

Я была так близка к цели, но за время путешествия я потеряла не только то, что искала, но и то, что имела. Друга…

При этих словах сердце Гаузена затрепетало от радости. Лин жива! И еще она назвала его другом, а значит, больше не злится на него. 

- Ты это про меня?! – вынырнул Гаузен из-под прилавка, и Лин, уже успевши подойти поближе, чуть не рухнула на пол от неожиданности. 

- Гаузен, а ты откуда взялся? – удивилась девушка.