Из жизни привидений

– пробурчал бухгалтер, выплывая из кустов, – чего добру пропадать. Если не я, то Кузьмич, или пришлые какие. Сама знаешь...

С удивлением смотрел на парочку, поплывшую дальше по тропинке. Вдруг Петрович вновь сделал стойку, рванулся вперед и пропал за очередными надгробьями.

– Вы уж не обижайтесь на него, – попросила учительница, уловив мое приближение. – Тут у каждого свои... тараканы, как молодежь сейчас говорит.

Изумлено посмотрев на маячивший впереди силуэт, повернулся к женщине.

– Так он алкоголик что ли?

– Ну.

.. не совсем, – ответила та, разглядывая кончики своих ботиночек. – Так-то он смирный, и даже начитанный, но вот как дорвется до выпивки...

На тропинке показался бухгалтер. Подплыв к нам, и окинув мутным взглядом, раскрыл амбарную книгу и заплетающимся языком забубнил:

– Пол, ик... фамилия, и... ик... имя...

– Семен! – строго прикрикнула женщина. – Ты его уже регистрировал.

– Ик! Да?! – бухгалтер замолчал что-то прикидывая. – Тогда я того... и, побледнев, начал растворяться на глазах.

Ба-бах!

Крик Марьи Степановны потонул в грохоте взрыва и вспышке.

– Это что? – спросил, проморгавшись.

– Бежим скорей! – только и сказала училка.

– Да что случилось? – поинтересовался, догоняя несущуюся по дорожке женщину.

– Короткое замыкание– бросила та. – Надо спешить, а то хуже будет.

– А как же Семен? – глянул через плечо.

– Да что ему станется. Проспится и сам придет. Куда он с кладбища-то денется?

И правда, куда, подивился такой очевидной мысли. За шестьдесят лет никуда не сбег.

.. Тут снова бабахнуло. Женщина, всплеснув руками, не разбирая дороги, бросилась сквозь ограды и кусты в сторону взрыва.

Возможно, Марья Степановна считала логичным крикнуть на ходу «Догоняй!», в надежде что я сразу все пойму, но... подвела пресловутая женская логика.

После очередного взрыва часть фонарей потухла. Тропинка погрузилась во мрак, а лунный свет с трудом пробирался сквозь кроны деревьев. Попробуйте как-нибудь догнать женщину в черном платье несущуюся по кладбищу не разбирая дороги.

На тропинку надежды мало. Оба провожатых натурально кинули. Напрашивался извечный вопрос: «Кто-вионоват-и-что-делать?» Вздохнув, припомнил направление последнего бабаха и, огибая кустарник и ограды, двинулся в ту сторону.

От раздавшегося где-то впереди «А-а-а-аххх» повеяло чем-то знакомым и жутким одновременно. Передернув плечами, ломанулся вперед наплевав на кусты и ограды.

Глава 3.

Очередная вспышка и знакомый ба-бах подправили внутренний навигатор.