Зеленый мозг. Долина Сантарога. Термитник Хеллстрома

Но это ощущение исчезло, оставив лишь лихорадочную дрожь, да чувство невосполнимой потери.

У меня запоздалая реакция на яды, подумал Чен-Лу.

– Оскар Уайльд был претенциозным ослом, – сказала Рин. – Никакой особой смелости не нужно, чтобы умереть столько раз, сколько раз живешь.

От этих слов ярость поднялась в душе Чен-Лу. Даже Рин пытается его защитить.

– Вы, богобоязненные глупцы, – прорычал он. – Кому нужны ваши молитвы и псалмы? Нет Бога без человека! Если бы не человек, вряд ли Бог узнал бы о своем существовании.

А если он и существует, то наша вселенная – его самая большая ошибка!

Китаец замолчал, задыхаясь, словно долго и напряженно работал или бежал.

Мощный дождевой заряд ударил в фонарь, будто некий ответ, дошедший с небес, после чего сменился более мягким шелестом.

– Вот вам, законченный атеист! – воскликнула Рин.

Жуан посмотрел в темноту, откуда донеслась эта реплика, и неожиданно разозлился. Ему стало стыдно за ее слова. Выходка Чен-Лу показала, что этот внешне непробиваемый китаец, по сути, одинок и беззащитен.

То, что он сказал, следовало проигнорировать – комментарий придал этим фразам ненужную значимость и весомость. Жуан чувствовал, что Рин лишь загнала Чен-Лу в угол.

Жуан вспомнил эпизод из своей жизни в Северной Америке, когда они с однокашником решили провести каникулы в Северном Орегоне. Они охотились на перепелов вдоль загородки, разделявшей смежные поля, когда пара тигровых гончих, принадлежавших приятелю Жуана, неожиданно подняла тощую самку койота и начала ее преследовать.

Койот увидел охотника и метнулся от него влево, но оказался зажатым в углу загородки.

Не видя иного выхода, койот, которого считают символом трусости, напал на гончих и изодрал их в лоскуты, отчего те пустились прочь, зажав хвосты между ногами. Пораженный этой сценой, Жуан позволил зверю уйти.

Вспомнив это, Жуан осознал положение, в каком оказался Чен-Лу, и мог предвидеть возможные пути его развития. Кто-то или что-то загнал китайца в угол. А вдруг он поступит так же, как орегонский койот?

– Я лягу спать, – сказал Чен-Лу.

 – Разбудите меня в полночь. И, пожалуйста, не отвлекайтесь слишком сильно, а то ничего не увидите.

Пошел к черту, подумала Рин. И, нисколько не заботясь о тишине, перебралась со своего кресла в кресло Жуана.

– Часть наших сил должна расположиться ниже порогов, – велел мозг, – на тот случай, если человеческие существа вновь сумеют избежать сети. На сей раз их необходимо задержать.